Книга Я обязательно вернусь. Книга 3.1, страница 36 – Нора Ольвич

— Каталина, — тихий голос отца, серьёзный взгляд серых глаз, — мы с доном Рикардо настойчиво советуем в своих апартаментах разговаривать только на испанском языке. Это должно войти в привычку. Дети забывают его, это не хорошо. Также учитывая твою последнюю находку, такое поведение будет весьма оправдано. Этим языком владеем только мы, и нас невозможно будет понять, я надеюсь.

— Вы расследовали, куда ведёт та лестница, что спускается в подземелье?

— Да, дорогая. К морю. В прибрежных скалах есть небольшая пещера, практически лаз. Вейлр делает надёжное заграждение. Скоро мы его установим, и со стороны моря в замок невозможно будет попасть. Также хочу тебя предупредить: пока не используй это место для прогулок, мы установили там ловушки с красящим веществом. Посмотрим, кто знает о тайнике. Кто использует его для прослушивания наших разговоров. И ещё.

Отец подошёл близко, очень. Я ощущала его дыхание на своём лице. Он склонился.

— То вещество. Я мог бы позаимствовать его у тебя? Смерть кого-либо из прислуги не должна вызвать, чьих-либо подозрений. Всё должно выглядеть естественно.

Боги о чём я говорю с родным отцом. И тем не менее, сколько можно убегать, доверяя свою жизнь попутному ветру и силе океана. Через два месяца в доме появится младенец. Нам просто необходимо надёжное жильё. Человек, который идёт осознанно на преступление и шпионаж, он же заведомо знает, что рискует. Ведь это его выбор, а всё остальное просто наша реакция на его недостойное поведение.

— На какое время ты рассчитываешь? Мгновенно?

— Нет, как с месье Жаком.

— Я подготовлю для тебя перстень рода. У меня есть заготовка. И всё объясню. Дай мне несколько дней. На следующей неделе, как только доступ с моря в подземелье будет задраен, я хотела бы объехать имение. Выдели мне охрану.

— Хорошо. Дон Рикардо отправиться с тобой. Перед поездкой возобновим тренировки, ты неплохо знаешь ближний бой, но стилеты это не твоё, встречаемся в пустующем зале на нашем с Жанной этаже.

* * *

Верхом по горному хребту, мы ехали на север, сверяясь с картой, с нами был проводник, пожилой мужчина из деревни. Опыт верховой езды пришлось восстанавливать, стараясь не подвести окружающих меня мужчин, и не стать слабым звеном в путешествии.

Мощный жеребец Звездочёт был послушен в управлении. Конь обладал ярко выраженным желанием не отстать от других, но и вперёд особо не забегать. Поняв, наконец-то настрой животного, я доверилась его опыту, и жизнь в принципе наладилась. Упрямец перестал, выгибая шею таскать меня по самым колючим кустам.

Природа в горах, она особенная. Поздней весной здесь было особенно красиво, величественная нетронутая природа, горы — исполины, верхушки, которых были затянуты туманом. А до гор простирались поля, усеянные дикими нарциссами, зарослями утесника и ракитника.

Нарциссы напоминали мне наши российские одуванчики, которые желтели среди сочной зелени.

Очередной привал у горного ручья.

Перевалив через ближайшую невысокую сопку, миновав ущелье, которое пролегало между двух высоких гор, мы должны будем выехать на равнину. Так было указано на карте.

Прекрасное озеро с синей гладью, в котором отражалось небо, и на его дальнем берегу, на высоком холме должно было стоять последнее поселение.