Книга Затмение; Год 1666 – Часть 4, страница 50 – Нора Ольвич

И я будто мысленно уже рисую акварель нашего утреннего пробуждения. Это только наброски. Уверена, что только лёгкая акварель передаст всю прелесть этого действия.

«— как Бланш оказалась у нас в постели, когда Флави принесла её, а приносила ли…»?

Виконтесса, на глазах активно меняла ореол своих действий и ускоренно уже ползла по кровати просто королевских размеров в мою сторону.

Этот удивительный ребёнок с густыми тёмными кудряшками и умными глазками целеустремлённо собирался совершить нечто. Виден был настрой, и главное — мотивация, она на удивление впечатляла и была весьма уважительна.

Завтрак!

— Святые угодники, держите эту девчонку, она потеряла подгузник! Мадемуазель Флави, задержите Бланш.

Дениза, запутавшись в одеялах и покрывалах, на этот раз явно не успевала подхватить маленькую шалунью.

Мы оглянуться не успели, как ребёнок, будто выполняя давно выученные действия, по покрывалу, попой вниз, спешно съехал на пол. И вот уже некрепко встав на ножки, что качались, но держали малышку, она, вытянув ручки и упрямо хмуря бровки, двигается в мою сторону.

Красивая вышитая Денизой рубашонка до коленок скрывает самые интересные места юной леди.

В этот момент мне очень захотелось взглянуть на нашу семью глазами этой маленькой девочки и наверно улыбнуться. Какая же это радость, простая и бесхитростная, настоящая без условностей. Та, что может, наверное, быть только у ребёнка, который делает свои первые шаги.

— Это кто у нас пошёл своими ножками? Кто хочет маленький глоточек кофе и кусочек вкусного тоста с ветчиной? Кому надоела её каша?

Хотелось в восторге схватить и зацеловать эту смуглую красотку. Но её крёстная мама запрещала сюсюканье и неправильное произношение слов с детьми. Мадам Дениза уже спешила за девочкой, босыми ногами легко ступая по ковру с ещё неприбранной внешностью и растрёпанными волосами.

— Что-то мы сегодня припозднились, ваша милость.

Я шутливо тронула пальчиком носик Бланш. И поймала взглядом, будто её энергетику, что била фонтаном радости и удивлённого познания всего окружающего.

— Сейчас мы пойдём все вместе в купальню, я только чашечку кофе выпью. Каталина вы не обратили внимания, что за конверт лежит на рабочем столе? Мадемуазель Тереса занесла его сегодня утром и скоромно удалилась, я слышала её шаги за ширмой.

Рассеянно отводя взор от горизонта за окном, и забирая свой палец из цепких ручонок Бланш, которые тянули его навстречу со своими маленькими, крепкими зубками, я, не спуская её с рук, глянула в дальнюю часть комнаты.

— Действительно, конверт. Кто может писать столь уединённо живущим дамам? Я не жду корреспонденции, а вы, ваша светлость?

Не услышав ответа, продолжала уже не совсем уверено.

— Хотя нет, возможно, это городская управа. Я надеюсь, её вердикт будет положительным, и мои права на столь скромный маркизат в княжестве будут зарегистрированы, так или иначе.

Громкий крик заглушил мой голос, его, наверное, было слышно на всём верхнем этаже.

— Огюстен проснулся, а Бланш нет в детской. Мадонна! Ступайте виконтесса, успокойте своего братца.

Поставив девочку на пол и аккуратно отходя от неё, наблюдала за несмелыми шагами босых ножек. Они явно направлялись в свои покои, и было видно, что не впервые. Няня Флави улыбаясь, отслеживала все движения малышки.