Книга Затмение; Год 1666 – Часть 4, страница 18 – Нора Ольвич

Глубокое широкое ущелье, до этого казавшееся непреодолимой преградой, грозило сдаться нам без боя.

— Леди я заберу кинжалы. Оставим это втайне. В дальнейшем гвардейцы смогут поднять это сооружение другим способом. Итак, наконец-то мы дома, дамы и господа.

— Мне нравится этот мост в поднятом состоянии. Мы совершенно недоступны для окружающего мира.

Графиня направила Уголька в сторону ворот имения. Без седла в мужском одеянии она была словно амазонка, что вернулась домой после длительного отсутствия.

В глубине особняка Эдуард замер возле старинной работы, свет хорошо проникал сквозь готической формы, окна огромного зала. Портрет строгого мужчины, одетого по моде прошлого столетия. Знакомый облик мелькал в сознании. И не один. Они были удивительными и восхитительными. Ожившими, смотрящими на него из глубины веков.

В который раз, обходя неспешно и задумчиво семейную портретную галерею рода д' Фуркево, он наслаждался покоем. Верхний этаж располагал к одиночеству и размышлениям. Удобное кресло в эркере и уютный диван по соседству с чайным столиком посередине. Он любил бывать именно в этой зале. Лики живших когда-то в этом доме людей ему открывались каждый раз по-новому.

Затерявшиеся в прошлом, они, запечатлённые на холстах, словно оживали под его взором и игрой света. Стёкла, покрытые пылью времени, преломляли лучи, создавая магическую симфонию оттенков и теней на изящном орнаменте багета. Блики и глубокие полутени образовывали на мраморных подоконниках интригующие игры света и тьмы.

Портреты, вызывая необъяснимую трепетную атмосферу, тянули к себе необъяснимой энергией. Он слышал их шаги. Они звучали в его сознании. Медленные, уходящие в вечность. Неторопливо затихающие в конце бесконечного коридора. Казалось, они для того и уходили… стремясь к искорке одинокого света вдали.

Чтобы вернуться…

Он знал.

Они вернулись. Как и Он. Как все.

Их влекло друг к другу.

Его мучили эти мысли, которые противоречили всем его понятиям о религии, и всё же….

Отчего думы словно призраки прошлого тревожат его своим тихим шёпотом?

Хотя нет… он явно потерялся, наблюдая за портретами словно за живыми людьми.

Этого, конечно, не может быть. Напряжённые годы работы тайным советником и секретарём Её Величества дают о себе знать. Ему безусловно нужен отдых вдали от всего мира.

И всё же…

…они были украшением семейной галереи рода д' Фуркево. Изображения незнакомых лиц, освещённые утренним солнцем, скрывающие в себе тайны и истории прошлого, словно магнитом притягивающие его внимание.

В который раз.

Серьёзные, пытливые, очень живые и иногда задумчивые взгляды с портретов неукоснительно подталкивали его к мысли, которая витала в его сознании с самого того момента, как он вошёл в парадные двери этого дома.

«— … я причастен к этой семье, к её истории и ко всем этим людям. И особенно к ней».

Княжна.

Он сразу нашёл портрет знакомой незнакомки, на которую она так была похожа.

Княгиня Жанна д' Фуркево, супруга основателя рода. Он не мог взгляда отвести от неё. Эта дама, она будто старшая сестра княжне Элене. Как такое возможно?

Прекрасные черты… они проявлялись… для того чтобы раствориться и явиться вновь. Каждый раз, когда лучи утреннего солнца начинали освещать её лик.

Мадонна, Она ли это?