Книга Не про Любовь!, страница 46 – Нора Ольвич

Внезапно, когда до поворота оставалось всего несколько ступенек, меня словно ударило током. Мощный, безумный толчок, чья-то невидимая рука толкнула меня в грудь. Воздух спёрло, а в голове зазвенело.

Это был не просто толчок. Это было… послание. Я чувствовала его нутром – отчаянное, паническое, кричащее: «НЕМЕДЛЕННО ВЕРНИСЬ!»

Кровь, казалось, закипела в венах, разум затуманился. Мир вокруг поплыл, и меня потянуло. Перекинуло наполовину через перила. Ещё мгновение…

И только рука, той, что шла рядом смогла удержать этот магический посыл из другого столетия.

— Это она. Смотри мне в глаза. Обопрись. Нам необходимо остаться одним. Сделай так, чтобы горничная оставила нас. Скоро последует новый приказ. Лира, нынешняя жена Отто, она не успокоится. У тебя носом идёт кровь, возьми платок. Только держись. Ещё несколько шагов.

Я шептала о плохом самочувствии, и о том, что нас вполне устраивает гостиничный номер. Что обед мы будем ожидать в своих комнатах, и доктор нам не нужен. Просила принести как можно больше воды. Прижимая платочек к носу, останавливая вращающийся мир, ждала, когда нам наконец-то откроют дверь. В ушах колотился пульс, начав точку отчёта.

Что будет дальше?

Осознала себя сидящей в тёмном кресле с высокой спинкой, лицом повёрнутой к окну. Ида снимала с меня палантин, а после несуразные туфли, делая отметки пальцами и смотря насколько они мне велики.

— Смотри на меня. Смотри!

В её глазах зарождалась тьма.

— Вспомни его таким, как ты видела во сне. Второй такой удар нанесёт тебе непоправимый вред. Вспомни его! Мы должны их опередить.

Сознание, неконтролируемо, постепенно наполнялось яростью и злостью, темнота из глаз сестры заполняла мой разум, она срывалась всполохами, и сестра вновь впитывала эту часть нашей сущности. Именно так происходит на тех планетах?

Камень стен вокруг становился тёмным, практически чёрным. Мысленно я отодвинула Иду. Разберусь сама.

Значит, со мной можно вот так?! Мне было страшно за маму, которая осталась одна в том мире. За детей, которых всё равно найдут.

Дыхание становилось прерывистым, мне не хватало воздуха. Стены и высокие потолки комнаты, казалось, сходились у меня над головой и начинали кружиться. Пламя свечи разгорелось с неимоверной силой буквально на секунду и погасло враз.

Ненависть, безграничная и всепоглощающая, тяжёлая и гнетущая заполнила меня до краёв. Она взывала к тому, кто надругался над чистотой помыслов, над моей юной, первой любовью.

Я уже просто не могла бороться с этим чувством и направила его в ненавистное лицо, стоящие перед моим взором. Направляла я его осознанно, избавляясь от огненного пламени, сжирающего меня изнутри. Мне кажется, не сделай я это, я сгорела бы внутри.

Осознано, творила какой-то о немыслимый ритуал.

Вначале силой мысли летела к созвездию, о котором рассказывала Ида всю дорогу, подключила дымку лавы, лёгкую, энергичную и какую-то безумную в своей силе. Это было как озарение, поступить так. Затем усиленное во сто крат чувство ненависти, сильнейшим, огненным магическим ударом, оно ушло к тому, кто лазил сегодня в моей квартире. Кто пытался поймать меня, кидаясь цепным псом в пустоту!

Я надеялась убить этим ударом или навсегда выжечь ему мозг, сознание и душу, превратив жизнь в ад.