Книга Перелётная Птица, страница 71 – Нора Ольвич

А, впрочем, давайте по порядку.

Так, тому и быть.

В танце Москва была «отчаянно» прекрасна. Трудно было представить, что три года назад Первопрестольная была разорена и погружена в груды пепла, останки сгоревших домов; трупы раненных и убитых солдат, и жителей города.

«- Великие воины возлагают теперь свои боевые награды к стопам прелестниц, которые, быть может, молились, чтобы они вышли, целы и невредимы из боёв».

К слову сказать, в Москве военные были повсюду, а потому московские невесты имели блестящую возможность сделать выгодную партию.

На балах кавалеров в разы больше, чем дам!

Представьте себе: пышные собрания, залитые светом хрустальных люстр огромные залы, звуки живой музыки, кружащиеся пары. И среди них – множество молодых офицеров в мундирах, полных сил, амбиций и желания любить. Это была настоящая возможность не только найти для себя настоящие чувства, но и обеспечить достойное будущее. Однако стоит помнить, что за блестящим фасадом таких «выгодных партий» скрывались свои сложности.

Но не будем о том. Так как князь Голицын, своими пытливыми глазами вновь просчитывал всех дам. Он пригласил княгиню Шаховскую Софью Гавриловну на кадриль. Видя, что многие из офицеров не танцуют, князь выдумал вдруг возможность в кадрили сделать моветон, да такой, где у каждой дамы оказалось два кавалера.

Его голос был полон юмора, он показывал свою задумку, а после…

После мы с Елизаветой ехали домой.

Но изначально бал открылся полонезом. Его должны были танцевать все прибывшие, даже если позже они не собирались этого делать.

Василий Львович Демидов вёл меня очень достойно в нём. При этом он не спускал глаз с Елизаветы, своей официальной уже невесты, которая, грациозно отдавшись музыке, ничего не замечая вокруг, улыбалась моему батюшке, который был галантен, забыв о своих ранениях. И всё же доктор Гааз был прав, отец шёл на поправку! Он прекрасно держался в танце.

Этот танец, имеющий польское происхождение и появившийся предположительно в пятнадцатом веке, недаром дразнят «шествием». Спокойные и размеренные движения, все пары движутся под торжественную музыку по заранее обозначенным фигурам.

Для меня музыка звучала грандиозно вычурным произведением. Молоточки стучали в висках.

Однако мы успевали тихо переговариваться с будущим родственником, в который раз обсуждая тот момент, что во Франции власть вновь принадлежит королю. Бурбонов восстановили на троне. Я помнила из лекций по истории этот период и знала, что ненадолго. Не по меркам, конечно, человеческих судеб, а истории страны в целом.

— Представитель посла Франции в России, он сегодня здесь. Как ловко он говорит на русском языке. Удивительно, но князь Голицын собрал под сводами своего восстановленного дворца около трёхсот человек гостей. В соседнем зале из фужеров выстроен целый храм. Хрусталь, всюду хрусталь. Говорят, наполняя один верхний бокал, обученный специально человек, заполнит все остальные шампанским на глазах у гостей.

— Будет шоу? И море шампанского?

Не поняв меня, Демидов, наверное, слыша только музыку и себя, в ответ склонившись, шептал мне о том, что посол страны, которая поработила половину Европы несколько лет назад, ныне в Санкт-Петербург прибыл.

— Я представлю вам его адъютанта сегодня на балу, он просил о том.