Книга Старуха, страница 73 – Анна и Валентина Верещагины

Моё лицо, должно быть, озарилось неподдельным интересом.

— Я бы с огромной благодарностью приняла такую книгу!

— Тогда я пришлю её вам завтра, – герцогиня согласно кивнула, и на её губах появилась та самая, редкая, искренняя улыбка.

— Хмык... А я говорила тебе. Говорила! А ты всё: «бред собачий», «дурацкое занятие». Нате! Кушайте!

Мне стоило огромных усилий удержать на лице те же эмоции, не исказив их.

В конце встречи, когда мы уже прощались, герцогиня неожиданно заявила: – Ваше Величество, я буду откровенна. Весной я возвращаюсь в родовое герцогство по неотложным делам управления и буду отсутствовать в столице вплоть до следующей зимы, но мне бы очень хотелось, чтобы вы, если позволят обязанности, удостоили чести меня принять вас в герцогстве следующим летом. Воздух там чище, а пейзажи… они помогают мыслить яснее.

Я была удивлена.

Я не знала о её отъезде на такой долгий срок. Её отсутствие лишает меня потенциальной опоры здесь и сейчас.

— Ох, какая неожиданность, – ответила я, искренне смутившись. – Я с благодарностью принимаю ваше приглашение.

Мы обменялись последними поклонами. Герцогиня удалилась, а я осталась на мгновение в Зимнем саду, слушая, как шуршат листья. Маркиза Паолини так и не появилась.

— Значит, письмо оказалось правдой.

– Или ей не удалось узнать о смене места.

Но куда важнее было другое. У меня теперь была книга. И приглашение. И тайный союзник где-то в тени.

Прошла примерно неделя после того оглушительного бала, и тишина библиотеки казалась мне бальзамом. Расположившись за большим дубовым столом, я полностью погрузилась в подготовку к предстоящему празднику.

Книга, полученная от герцогини Кальвини, оказалась бесценной. Последние дни я с ней чуть ли не сплю в обнимку.

Испещрённые поля блокнота с заметками не являлись сухим перечнем к ритуальному обряду действий, а стали живым повествованием и результатом моих бессонных ночей. Примерно через три дня после начала моей работы я наконец-то смогла видеть не просто набор обязательных действий, а их смысл, их душу.

А ведь все благодаря Рейчел.

Отложив перо я задумалась о подарке для герцогини. Не обязательном, этикетном, а желанном. Личным знаком благодарности.

Может, редкое издание по ботанике?

— Тебе не кажется, что подарок должен быть полезным? Думаешь, у нее есть время заниматься садом?

Ладно... Убедила. В таком случае изящный письменный набор?

– Лучше расспроси Марию. В курсе ли она о вкусах герцогини.

Я соласно кивнула и с улыбкой взглянула на свои труды – черновой, но уже обретающий форму план праздника, где я пыталась вдохнуть в древние обряды что-то своё, не ломая традицию, а… оживляя её.

– Планируешь сегодня показать эти каракули Беатрис?

Планируете до конца своих дней оставаться бестактной?

– ...Да. Мне это подходит.

Я вздохнула и, собрав бумаги, двинулась по коридору в сторону своих покоев. Мария шагала слева от меня, Сара – чуть позади. В других служанках не было нужды, и я наслаждалась этой камерностью. Пока мы общались относительно интересов герцогини и того, что бы ей могло понравиться,мя вдруг уловила едва заметный, но до мурашек знакомый аромат. Смесь кожи, мыла с каким-то древесным оттенком и… чего-то ещё, неуловимо сладкого.

Где я это чувствовала?