Книга Монолог фармацевта. Книга 1, страница 110 – Хюганацу

По дороге туда господин Гаошунь гадал, что она задумала на сей раз, каковы ее измышления. Глубина познаний и хладнокровие Маомао изумляли его, человека во всех отношениях зрелого, и в то же время они не вязались с ее юным возрастом – Маомао исполнилось всего семнадцать лет. Порою господину Гаошуню казалось несправедливым то, что умение рассуждать здраво, способность дознаваться, в чем заключается истина, и выдающийся ум достались не кому-нибудь, а молоденькой девушке низкого происхождения. Только его восхищение заканчивалось там, где начинались странности травницы, и впечатление о ней немного портили некоторые сомнительные наклонности.

Иначе сказать, господин Гаошунь считал Маомао чрезвычайно полезной пешкой. Ему было жаль, что ее способностями пользуются как придется. Притом сама она, пусть и нехотя, согласилась взять эту роль.

Вдобавок он сокрушался, что позволил своему господину чудовищную выходку. Очевидно, тот созрел только внешне, а духом и разумом – сущее дитя.

«Зря я не заступился», – корил себя господин Гаошунь.

Гадая, стоило ли удерживать господина от издевки над госпожой травницей, он вдруг засомневался, что сумел бы того отвадить. Помогло бы его вмешательство – вот в чем вопрос.

Тут он вспомнил, с каким упреком юная служанка глядела на него, и господину Гаошуню в голову закралась тревожная мысль: разве не вздумает эта чрезвычайно смышленая девушка подсыпать ему что-нибудь в пищу или питье?

В тревоге за свою сохранность господин Гаошунь невольно коснулся линии роста волос. В последнее время то, что она отступает все дальше и дальше, стало предметом его ежедневных забот.

* * *

Маомао сидела, скрестив ноги, на постели и медленно переворачивала страницы полученной книги. На полу перед ней валялись терочные ступки и куранты, и в таком количестве, что и ступить негде. Стены плотно занавесили многочисленные пучки сушеных трав. Все это, и орудие, и травы, она раздобыла либо с помощью господина Гаошуня, либо умыкнула из хранилища трав.

— Шестнадцать лет назад… – пробубнила Маомао и припомнила, что примерно в ту же пору родился младший брат нынешнего императора.

В руках она держала книгу, переплетенную шнуром, – летопись событий дворца императорских жен. Маомао попросила господина Гаошуня принести ее из книгохранилища.

Во времена, когда нынешний император еще ходил наследным принцем, у него родился ребенок. Матерью была его молочная сестра, впоследствии получившая должность шуфэй. Только сын ее умер во младенчестве. Немногим после этого почил и предыдущий император, а нынешний более не заводил детей, пока не собрал наложниц для своего дворца.

«Госпожа Адо была его единственной наложницей десять с лишним лет?» – удивилась Маомао.

Она не ожидала такой преданности от государя, учитывая, что его отца считали человеком распутным. Прежде Маомао полагала, что император заимел множество наложниц, еще будучи наследным принцем. И теперь с трудом верила, что за десять лет он не взял в жены или в подруги никого другого.

Маомао не зря чувствовала, что лучше раздобыть летопись, а не довольствоваться слухами.

Шестнадцать лет назад.

Смерть младенца.

А за этим последовало…

— …изгнание придворного лекаря Ломэня.

Зацепившись за знакомое имя, она вскоре узнала не ошеломительную правду, а скорее получила подтверждение своим старым догадкам. Неспроста в угодьях дворца в изобилии растут лекарственные травы. Некогда их использовали по назначению, как и Маомао сейчас. Очевидно, все они посажены, а не сами проросли как придется.