Книга Монолог фармацевта. Книга 1, страница 106 – Хюганацу

— А что делать с горшками? – взяв один из них, спросила Маомао у прислужницы, что помогала ей с уборкой.

Вместе с Маомао в Гранатовый дворец привели еще несколько низших служанок, и тех отправили мыть баню с купальнями и наводить порядок в гостиной.

— С этими-то? Сними их, протри полки да поставь назад.

— Это все мед?

— Ага. С пасеки, которую держит семья госпожи Фэнмин.

— Понятно.

В империи достать мед трудно и дорого, вот Маомао и удивилась, увидав сразу несколько разновидностей. В горшках хранился мед разных цветов: янтарный, коричневый, красноватый – и каждый имел свой вкус. Тут же Маомао припомнила, что в Гранатовом дворце обычно по вечерам зажигают ароматные свечи, а не масляные лампы. И воск, что очевидно, тоже поставляет пасека семьи Фэнмин.

«Странно…» – подумала Маомао.

От слова «мед» у нее в памяти всплыло что-то мутное, только она никак не могла вспомнить, что именно. Кажется, она как-то слышала что-то важное, связанное с ним.

— Как закончишь с полками, протри перила на втором этаже, а то у нас руки не доходят, – попросила прислужница.

— Хорошо.

Расставив горшки с медом, Маомао взяла тряпку и поднялась на второй этаж.

«Мед, мед…» – крутилось у нее в голове.

Протирая одну балясину за другой, Маомао пыталась навести порядок не только во дворце, но и у себя в мыслях. Для этого она еще раз пробежалась по недавним событиям.

Вдруг Маомао заметила кое-кого неожиданного. Сверху открывался прекрасный вид на дворцовый сад, так что неудивительно, что она выхватила притаившиеся в тени деревьев фигуры. Они тайком выглядывали из-за ствола и бросали беспокойные взгляды на Гранатовый дворец.

«Это же наложница Лишу!» – узнала Маомао.

Юная госпожа пришла в чужие владения вместе с отведчицей. И Маомао вдруг поняла, отчего в ее голове крутилось слово «мед»: наложница Лишу его не переносит.

* * *

Позже в гостиной Нефритового дворца Маомао в подробностях докладывала господину Дзинси, что ей приходилось видеть и слышать в Гранатовом.

— И на этом все, господин, – наконец закончила она.

Она совершенно ничего не выяснила, так что не пыталась ни преуменьшить, ни преувеличить значение того немногого, что имела сказать, и только честно поведала, как провела последние три дня за уборкой.

Господин слушал ее, вальяжно развалившись на длинной кушетке и потягивая диковинный сладкий чай с ароматом заморских трав. Он приподнялся, только чтобы выжать в чашку лимон, добавить туда меду и тщательно перемешать.

— Неужели…

— Все так.

В последнее время Маомао часто приглядывалась к господину и уже заметила, что извечно лучезарный евнух несколько потускнел, что не могло не радовать. Притом его манера говорить и держаться приобретала все большую беззаботность, отчего он, что странно, начинал напоминать озорного мальчишку. Маомао не понимала, чего он добивается, ведь она простая травница, а ее заставляют играть в лазутчицу.

— Тогда спрошу иначе. Если предположить, что некто тайно отправляет из Гранатового дворца послания наружу, кто бы это мог быть?

«Опять он со своими изощренными вопросами…» – мысленно заворчала Маомао.

Она не любила выдвигать предположения, не подкрепленные доказательствами. Ее учили, что говорить попусту – недостойно разумного человека.

Пока она с неудовольствием размышляла об этом, господин Гаошунь снова стал посылать ей умоляющие взгляды, будто предупреждая о чем-то. Заметив это, Маомао прикрыла веки и устало вздохнула. Нужно взять себя в руки, иначе она снова уставится на этого небожителя так, будто видит перед собой раздавленную жабу.