Книга Зимний дом, страница 151 – Кэрол О’Коннелл

В самом низу был прикреплен отчет начальника пожарной службы, который заставил Чарльза забыть обо всем на свете. Это невозможно. Он прочел отчет дважды. В Зимнем Доме не было портативного радио, ни одного устройства, которое работало бы не от электросети. А старинное радио в гостиной не работало уже многие годы.

О, нет. Признаки помешательства обнаружились у него совсем недавно, и с памятью у него все было совершенно в порядке.

Чарльз вернулся к столу, еще раз взялся за бумагу и ручку и оставил записку поверх отчета. Буквы, написанные жирным красным маркером, резко выделялись на общем фоне. Такое яркое вмешательство в бумажные расклады Мэллори не может не вызвать ее неудовольствия — она заметит его, как только войдет в комнату. Записка была предельно проста — Мэллори любила краткость — и состояла из одного слова: «Неправда».

Далеко за полдень Битти Смит приблизилась к собственному дому. Точно вор, она прокралась через парк, стараясь оставаться в длинной тени каменной кладки и вечнозеленых растений. Напротив Зимнего Дома уже не было полицейских машин. Репортеры давно уехали, и над домом повисла атмосфера пустоты.

И заброшенности. Тетя Недда сказал бы: «Бедный дом».

Битти перелезла через низкий каменный забор и быстро перебежала через широкий бульвар, увертываясь от машин. Юркий взгляд ее больших карих глаз метался то вправо, то влево. Она взбежала по ступеням к парадной двери и замешкалась с ключами. Она дважды их роняла, прежде чем смогла открыть дверь. Наконец дверь открылась, и Битти в нос ударил острый запах застоявшегося дыма и плесени. Прошло три дня, а воздух был все еще влажный от вылившейся из пожарных шлангов воды. Она боялась короткого замыкания и не торопилась включить свет в фойе. Но страх темноты оказался сильнее, и она все-таки нажала на выключатель. Огни вспыхнули и снова погасли.

Вандалы.

Испорченные гарью стены холла претерпели еще одно разрушение. В них с огромной силой были вбиты гигантские гвозди, из-за которых потрескалась штукатурка. На каждом гвозде был прикреплен лист бумаги.

Бессмысленная жестокость.

Она просмотрела бумаги, и ей показалось, что она слышит эхо каждого злого удара молотка по стене. БАХ! — и на стене появилась сделанная начальником пожарной охраны схема ее спальни, точка, откуда начало распространяться пламя; БАХ! — и еще одна схема, которая показывала расположение коробки предохранителей в подвале; БАХ! — официальное подтверждение поджога.

Невозможно.

Пожар возник случайно из-за упавшей в мусорную корзину свечи. Ни ее, ни тети Недды не было рядом со свечой, когда та упала с бюро.

БАХ! — схема подвала, на которой отмечено место, где были спрятаны вывернутые и запасные предохранители. БАХ! — отчет судебной экспертизы, которая обнаружила среди пепла фонарик в стенном шкафу спальни, его форма и налипшие на него частицы краски соответствовали краске и отпечатку в пыли на коробке предохранителей.

БАХ, БАХ, БАХ! — ряд бумаг добежал до конца стены и повернул за угол.

Битти вскрикнула.

Нет, нет, нет!

Рэгз. Как жестоко. Ее маленький попугайчик был прибит к стене, по гвоздю в каждом крыле. На мгновение в бликах света почудилось, что мертвая птица затрепыхалась и полетела.

БАХ! — рядом с птичьим скелетом были прикреплены свидетельские показания Мэллори. Детектив обнаружила три распластанных на полу тела, отрезанных от спасения пылающим внизу пожаром. Проклятием звучали последние слова: Единственный выживший унаследует миллионы.