Книга Время неблагих. Книга 2, страница 78 – Максим Далин

— Цель на тридцать градусов справа по курсу, — сказал некромант. — Расстояние — шестьдесят, шестьдесят два. Глубина — сорок.

— Приготовиться к повороту, — негромко приказал фарфоровый, седой, с профилем как у древней статуи. — Поворот налево, двадцать градусов, самым малым. Уходим с погружением, дифферент — пять градусов на нос.

— Есть, поворот налево, двадцать градусов самым малым, — тихо отозвался рыжий, мой знакомый, и щёлкнул тихонько чем-то.

— Есть, с погружением, дифферент пять градусов на нос, — сказали из динамика над приборной панелью откуда-то из другого места, из машинного отделения, наверное.

И я почувствовал, как чуть изменился гул машин — и как подводное судно немного накренилось: потянуло сделать шаг.

Я моряков в центральном пункте видел, всё слышал — но Дар жёг меня. Им я видел ещё и тёмную воду, в которой шевелилось живое какой-то неправильной жизнью, громадное, слабо светящееся гнилым зеленоватым мерцанием. И щупальца у него шевелились, колыхались, как целая куча невероятно длинных и толстых змей — и вдруг раскрылся злобный и настороженный глаз, огромный, зеленовато-кровавый.

— Во имя Путеводной Звезды и Благих Вод, — сказал некромант, и я понял, что это молитва, прибережская молитва. — Храни детей Твоих от твари из пучины.

Оно, чудовищная морская тварь, шевельнулось — и я понял, что ведь впрямь нас высматривает. Чует, что мы где-то здесь, но нас прикрывают молитва и щит.

Надолго ли?

Я мотнул головой, взглянул на некроманта — и встретился с его взглядом.

— Не спеши, — тихо сказал он. — Поглядим.

— Считаете необходимой атаку? — спросил седой командир.

Нас с ним спросил, такое чувство.

— Может, проскочим, — сказал некромант. — Очень крупный.

— Расстояние до цели?

— Семьдесят пять. Не преследует.

— Дифферент ноль, — сказал командир. — Уходим самым малым.

Вот странно, да? Как мы парили в глубине, не видя пути, по лучу Дара… а эта тварь точно нас выслеживала, я её чувствовал и Даром, и всем телом. Её злобу, ужасную злобу именно на нас — и голод.

Она была такая здоровенная… Мне показалось, что она может скомкать «Мираж» своими щупальцами, как спичечную коробку — и очень прям хочет, изо всех сил хочет это сделать. Но не понимает, не видит, куда тянуться.

Не слишком смышлёная.

— Дай крови ещё, — приказал некромант. — Отлично.

Я резанул ладонь поверх закрывшегося пореза.

— Во имя Путеводной Звезды над Водами, — почти пропел некромант, рисуя в воздухе сложный и странный символ. Не розу, а словно алхимический знак, округлый и лучистый разом. — Пролей свет Твой в глубины.

И этот знак, морской дракончик такой, нарисованный светом, засиял не красным, а золотистым, тёплым и добрым, как закатное солнце на волнах — а во мне Дар отозвался струнным нежным звуком… точно, как молитва.

Я почувствовал, как твари стало неуютно, она дёрнулась — и вдруг окуталась чёрным туманом, будто целую бочку туши в воде разбили! Но я ощущал, как она там копошится в клубящейся черноте, как подбирается, съёживается в комок шевелящихся щупалец… и вдруг ка-ак шарахнется!

Прямо выстрелило ею прочь! Будто к ней торпеда была приделана!

Я чувствовал её ещё с полминуты — и всё. Смыло её. Одна только глубокая чёрная вода, и снизу, и сверху, и со всех боков.

Некромант выдохнул.