Книга Крестная внучка мафии 1, страница 159 – Владимир Бабкин, Валерия Маркова-Бабкина

Невольно я снова посмотрела на топор у моих ног.

Сашка…

Руки упрямо пытались вцепиться в рукоять топора, но в глазах и голове уже все плыло в неразличимом тумане. Я задыхаюсь от угарного дыма. Без боли, словно просто засыпаю.

Сашка…

Семнадцать дней похожих на безумие.

Почти черные глаза, блестящие такими разными эмоциями. Колкие фразочки и временами до слез смешные шутки. Дьявольски притягательная улыбка и совершенно непонятная жестикуляция вперемешку с итальянскими словами. А как забыть упрямое желание оставить последнее слово за собой и выбешивающую дотошность к деталям, которые никто кроме моего Сашки не замечает?

А как над нами шутил дедушка, воспитывая каждую свободную минутку?

Невольно перед глазами пролетали воспоминания о каждом дне. Оказывается, их было так много…

А я так мало всего сделала, так мало видела и испытала. Все прожитые дни теперь казались серыми, пустыми. Наполненными бессмысленными тревогами по мелочам, ненужными людьми и работой, которая по сути не имеет смысла, ведь меня в ней легко заменить.

Но не смотря на ошибки, мне повезло хоть чуть-чуть наверстать упущенное.

У меня были лучшие семнадцать дней за последние десять лет. Самые яркие, самые бурные. Дни, когда я каждую секунду чувствовала все грани, всю палитру и оттенки «вкуса жизни». А надо было всего лишь научиться их замечать.

Кажется, я вспомнила свидание в Париже и как Сашка сделал мне предложение. Ну, значит теперь я нашла последний утерянный пазл моей жизни.

Знала бы, что моя жизнь не будет такой долгой, как я думала, я бы каждую секунду ценила и смаковала, словно вкус десерта в ресторане. Как ту самую последнюю, как мне тогда казалось, сладость на губах.

Горький шоколад с вишневым послевкусием. Жаль, я так и не взяла рецепт. Очень жаль…

Ела бы этот десерт каждый раз, когда бы казалось, что хуже быть не может и вспоминала о том, что песчинки секунд в моих часах жизни, хочу я или нет, но…

Они утекут.

Александр Лукрезе

Старая конюшня до ужаса напоминала погребальный костер на склоне вулкана Этна.

Настолько яркий, что ждать пожарных бесполезно. Слишком скоро распространялся огонь, а сильный ветер уносил дым в противоположную от поисков детей сторону.

Три минуты. Ровно три минуты Сандро понадобилось после сообщения Фабио по рации, чтобы добежать полыхающего здания, к дверям которого никто без одежды спасателей не мог толком даже подойти.

— АНДРЕАС! ВИКТОР! — в истерике закричала Летиция, выбегая со одной из апельсиновых аллей.

— Летти! Стой!

Поймав сестру, которая как любая мать, готова была броситься в огонь, Сандро всеми силами пытался удержать ее на месте.

Душа разрывалась на части, слыша мелкие хлопки внутри и представляя, как его неугомонные по выходным, племянники сейчас в истерике забились в угол. Господи, хоть бы они додумались спрятаться!

Как они только там оказались?!

И нет ничего хуже, чем понимание, что в такой страшный момент все, чем он может помочь — это удержать сестру от попыток войти в горящее здание. Пока ее муж и двоюродный брат Фабио в это время рискуют жизнью и пытаются с ребятами из охраны тщетно подобраться к пылающим воротам старой конюшни и никак не могут.

По их глазам и суете «мафиозной службы спасения» было понятно, насколько всем страшно. Все знают худшее еще впереди. Совсем скоро взорвется бензобак квадроцикла и канистры с бензином рядом с ним.