Книга Крестная внучка мафии 1, страница 158 – Владимир Бабкин, Валерия Маркова-Бабкина

Но после четвертого удара, я поняла, что это бесполезно. Дедушка делал все, если не на века, то на долгие и долгие годы. Опустив топор, я с отчаянием посмотрела на замок, на плачущих детей и на пламя, стремительно ползущее к нам по сухой соломе.

Громко кашляя от дыма, я судорожно закрывала лицо рукавом спецовки. Дышать уже почти нечем. Еще пару минут, и мы просто задохнемся.

Пламя пыталось охватить и собачью клетку и, слыша пронзительный вой отчаяния, я невольно побежала к ним и увидев очередной замок, со всей злостью ударила по нему.

Один раз. Второй.

Два удара полных отчаяния и боли, из-за горящей соломы обжигающей подошвы, и замок поддался.

И я впервые поняла всю свою глупость жителя мегаполиса.

Едва не сбив меня с ног, собаки побежали к дальнему глухому углу и животными инстинктами отчаянно искали способ выбраться.

Что такое ездовая упряжка? Это стая, в нашем случае из шести собак, которая разделилась и начала рыть пол, усыпанный соломой, сразу же в шести местах. Почти все натыкались на камень в основании, но вот одна неожиданно начала зарываться глубоко под землю и формировать подкоп под одной из стен без окон и без дверей.

А за ней и еще одна. И вот первые две уже скрылись целиком в норе.

— Андреас, Виктор! — крикнула я, подбегая к детям. — Быстрее!

Схватив их обоих, я подтолкнула Андреаса, как старшего, первым к выходу.

— Вытащишь Виктора с той стороны! — крикнула я ему.

— А ты? — заревано спросил он меня.

Не хотелось признавать, но в этот подкоп взрослый не пролезет, а потому я постаралась ему улыбнуться.

— А я за вами.

Если успею, конечно, придумать как выбраться.

— Быстрее! — подтолкнула я его. — И бегите за собаками! Так быстро, как только сможете! Понял?!

— Да.

— Вперед, — подтолкнула я его в нору.

Пятилетний мальчик не без труда, но пролез под толстой деревянной стеной, а следом за ним и малыш Виктор. И только увидев толщину стены, я поняла, что даже если мне хватит сил еще пару раз замахнуться, я не смогу ее прорубить или сломать даже топором. Встав на колени, я укрылась толстой тканью и пыталась рыть яму руками, и хоть как-то сделать ее побольше, чтобы тоже выбраться.

Пламя трещало за спиной, удушая запахом паленых шин квадроцикла и пульсирующей головной болью от угарного дыма. Но на душе мне неожиданно стало невероятно спокойно от мысли о том, что глупая-глупая детвора смогла выбраться. А я…

А что я?

Я ведь должна была погибнуть еще три недели назад. Не должна была я, переводчик с красным дипломом, ни оговориться с названием отеля и приехать не туда, ни встретить Сандро и синьора Лукрезе первого апреля. Я должна была приехать в свой отель, войти в бирюзовый номер с большой кроватью и погибнуть во сне во время взрыва бомбы.

И я бы снова увидела свою семью. Наверное, где-то там есть небеса и меня на них давно ждут.

Мама и папа погибли, просто переходя дорогу, когда у водителя грузовика остановилось сердце прямо за рулем. Все остальные тоже умерли. Бабушка Маша и дедушка Саша по папе, бабушка София и дедушка Давид по маме. Ее старшие братья, мои дядя Гурам и дядя Заур, тоже погибли во время службы на подлодке «Комсомолец» еще до моего рождения. Даже мой крестный, дядя Миша, и тот уже ТАМ.

Да, меня на том свете определенно ждут.

Хорошо, что я успела открыть вино, которое дедушка Давид сделал для моей свадьбы незадолго до своей смерти. Хотя бы попробовала его божественный вкус… А то ведь рука не поднималась открыть. А почему? Потому что казалось вся жизнь еще впереди.