Книга Бунт и Империя, страница 58 – Владимир Бабкин

Да, вопрос был неприятный. Я корил себя за согласие на этот брак. Уж кто-кто, а я точно знал, что за персонаж Екатерина Романовна Воронцова-Дашкова. Катя-2 в кубе только без Короны. А теперь будет ещё и с Короной. Лина меня до сих пор корит. И правильно делает. Я столько усилий приложил, чтобы София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская не стала моей женой, а тут такую свинью подложил не то что сыну, а всей России.

— Если бы наследовал Корону, ты бы какую невесту выбрал?

— Слава Богу, передо мной такой вопрос не стоит.

— И всё же?

— Не знаю. Не думал в таком плане.

— Вот ты подумал и ответь.

Миша встал из кресла и подошёл к окну моего кабинета. Молчал. Наконец проговорил:

— Извини за откровенность, но мама моя тоже не подарок. Как тебе удаётся сдерживать её жажду власти?

Я встал рядом с ним, тоже глядя в окно.

После паузы ответил:

— Не знаю, сын. Может я просто угадал с женой.

— А были варианты?

Усмешка.

— О, да. Еле отбился.

— Например?

— София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, например. И ещё всякие принцессы. Твоя мама не одна принцесса в Европе.

Миша хмыкнул.

— Да, уж…

Но, я не даю увести разговор в сторону.

— Так какую бы жену ты выбрал?..

…Меня отвлёк от воспоминаний комендант.

— Государь, у нас всё готово.

Усмехаюсь.

— Водка хоть холодная?

— Приятная, Государь.

Что ж, лучшие люди города и всего региона ждут своего Императора на банкет в его честь. Просят уважить.

* * *

ОСМАНСКАЯ ИМПЕРИЯ. ЭЯЛЕТ КЕФЕ. КАДЫЛЫК БАЛЫКЛАВА. 12 июня 1774 года.

Михаил сжимал на груди подаренный отцом двойной «Адмиральский» бинокль. Прибор был немного тяжеловат. Легче конечно того с которым фатер наблюдал за битвой у Цорндорфа, но в штиль его тоже ставили на треногу. «Кальмиус» же заметно покачивало.

Предрассветный час — пик кромешной темноты. Луна час как села и эскадра, не таясь на всех парах рванула из-за горизонта к берегу. Ночной бриз отгонял мерное гудение паровых машин от берега. Турки похоже опять проспали маневр. А сейчас за считанные минуты до рассвета там и дозорным некогда. Намаз. Православные греки-моряки должны при этом у турок по трюмам сидеть. Но, кто знает? Может выставят кого из них в дозор, а они поднимут шум. Но, даже если так, то поздно будет это.

«Петропавловск» и «Варяг» уже на самом малом вползли в створ бухты. Винты не давали шума как колёса того же «Кальмиуса». Флагман «Петропавловск» должен был уже и повернуть за скалой к порту. По «договорённости» греки-рыбаки обозначили фарватер рано выйдя в море. Турецкий флот русским броненосцам не опасен. Они одеты в сталь от рубки до ватерлинии, даже чуть ниже. Да и ниже усиленные брусы. Турки ничем не пробью ЭТО. Месяц назад в Таганроге начали дополнительные бронеплиты крепить. В тайне. Но, кто что утаит от Великого Князя? Да если ещё ты шеф корабля? Впрочем, Михаил знал первоначальный проект ещё в эскизах. Знал. Но, увидеть «в металле»! Дух захватывает. И ни у кого! Ни у испанцев, французов и даже англичан такого и мыслях нет! А у России есть! Пока два корабля. Но против них туркам в Черном море выставить нечего.

— Капитан, в крепости шумят, — вывел Михаила из-задумчивости старший офицер.

Царевич поднял бинокль на Балык-юв. Византийское ещё Чемболо прикрывала своими орудиями вход в бухту. Турки правда давно её не ремонтировали. После прошлой войны у них не было ни денег, ни долгой воли у сменяющих друг друга султанов и визирей. В этом противостоянии резались янычары и флот, урывая себе куски, а до крепостей средства видно вовсе не доходили.