Книга Огнем и Мечом, страница 96 – Владимир Бабкин, Виталий Сергеев

Сегодня легкий день. Просто отработка движений, ловкости и мастерства. Четвёртый год гоффейхтмейстер Герих Фридрих Ру учит Августейших девочек делу клинковому. Не всё же им в куклы играть!

— Эльза?

Елизавета Антоновна кивнула и закрутила свой клинок, перебрасывая его из одной руки в другую. Она крутила с упоением. Ей это очень нравилось, она прям жила этим.

Глаза светились. Глаза горели огнём восторга.

Наталья не столь увлечена фехтованием, но она упорно повторяет за старшей родственницей.

— Хальт! — скомандовал мастер Ру.

Наталья прекратила упражнение. Сестра словно и не слышала команды, с упоением рисуя в воздухе фигуры.

— Августейшая… Фройляйн!

Donnerwetter.

Лиза наконец услышала и остановила веер стали.

Склонённая голова.

— Мастер.

— Фройляйн, вы увлекаетесь слишком! Вы не на балу! Противница не даст вам любоваться собой! Ещё раз!

Лиза выдохнула, досадуя на себя.

Вдох.

Выдох.

Вновь сверкает сталь. Меньше эмоций. Больше техники.

Вновь нет.

— Мастер.

— Фройляйн, опять то же самое! Не надо красивостей! Работайте кистью! Ещё раз! En garde!

Лина следила за падчерицей. Увлекается. Слишком увлекается. Впрочем, Императрица прекрасно понимает сегодняшнее настроение Лизы. Ей всего восемнадцать. А тут такое предложение. Хотя нет, ещё не предложение. Только зондаж. Генерал Кроун представил вчера заинтересованность короля Ирландии в браке с Елизаветой Антоновной.

А вот Наталье Петровне такого предложения ещё не делали. Мала ещё. По росту и кости конечно она не уступает приёмной сестре, хоть та на два года и старше. Натали ещё растёт, потому её движения не всегда точны. Но она более рассудительна и спокойна. Лина считала, что фехтование воспитывает мозг в точности и учит выверенной сдержанности. Шпага — это математика. Так считала она ещё до того, как стала русской Императрицей. Похоже, что это убеждение передалось и дочери.

Пушки, ружья и прочие штурмы — это не для женщин. Шпага, рапира, кинжал, танец сверкания и блеска, влияние и интриги Двора — это женские утончённые изысканные украшения. То, что вместе с детьми, делает её настоящей Августейшей Правительницей. У Эльзы характере властный, а у Наты домашний.

Эльза опять ошиблась. Горяча слишком.

Запыхалась.

— Простите, мастер.

— Что? Устала? Может слуг кликнуть с напитками?

— Нет. Я готова продолжать.

— Бог в помощь, как говорится. Êtes-vous prêt? — решает закончить с разминкой гоффейхтмейстер.

— Готова, мастер

— Натали?

— Готова к поединку, фехтмейстер.

— Минута на отдых, фройляйн! — даёт-таки Ру ученицам отдышаться.

А Лиза упорная. Все эти годы называет мамой покойную Елизавету Петровну. Лину только через год, как после гибели прежней Императрицы в семью приняли, стала Матушкой звать. Не больше. Хорошая партия была бы для Павла. Старше? Так и Лина старше Петра. Родственники? Дальние. Законы наследственности, открытые Екатериной Антоновной, не дадут соврать. Ведь не могли же Академии старшей Лизиной сестре только за её титул Высочества прямо на защите звание доктора философии дать? Но, даст Бог, у Эльзы с О'Рурком срастётся.

Девочки становятся друг против друга. Салют. Екатерина становится справа во французскую стойку. Наталья, чуть подумав, выбирает стойку немецкую.

— Allez! — командует Ру.

И они начали.