Книга Наследник двух корон, страница 85 – Владимир Бабкин, Виталий Сергеев

Барон фон Корф вздохнул. Приказ императрицы в части меня был строгим: «Доставить немедля!» Оттого и гнал сам из Петербурга до Райволы, а оттуда уже нас обратно. Но Николай Андреевич понимал, что доставить меня нужно живым и при памяти, а не в виде чучелка или тушки.

— Николай Андреевич, сутки не проблема – нагоним, – решил и я подвигнуть на задержку Корфа, – отошлите уже в Летний дворец кого, пусть покой готовят, а мы с доктором поговорим, как ускорить мое выздоровление.

— Да послал уже, – ответил Корф обреченно, – вернуться должны были.

— Ну так проверьте, а то они врачей видно боятся и нас не беспокоят, – попытался я пошутить.

Корф посмотрел на меня с укором, но не стал спорить. Мне не хотелось при нем обо всех своих проблемах говорить. Похоже он что-то такое понял и покинул нас, хмуро, но плотно закрыв за собой дверь.

Днем кортеж лейб-компанцев, ведомый Корфом, перехватил нас на полпути из Выборга, почти у современной мне границы Санкт-Петербурга. После Борго меня немного мутило. Ехали не спеша. Но я старался выглядеть бодрячком.

Корф и дал приказ ускориться. В Санкт-Петербург я въезжал уже в полузабытьи, чувствовалось, что и рана вскрылась. Потому, взглянув на меня на первой городской заставе, он велел не в Зимний, а в Греческую слободу, к врачам меня везти. Лейб-медиков, что остались в столице, надо было еще поискать, а управляющий Медицинской канцелярией допоздна работал.

— Да, собственно, коллега, я вам все рекомендации уже дал, – произнес Кондоиди, когда за Корфом закрылась дверь, – обильное питье, бережение раны, регулярные растирания выданной мною мази.

Грек явно намекал, что мои снадобья он пока не одобряет, по должности не положено. Но вот руки его хотя бы не пришлось заставлять мыть. Видно у турок научился. В Лейденском университете такому не учат.

— Спасибо, Павел Захарович, – изобразил я учтивость, – но не могли бы вы мне порекомендовать опытных хирургов в Москве, для раны и для более деликатной проблемы.

Кондоиди посмотрел на меня заинтересованно. Но не стал настаивать на уточнениях. Я же явно не хотел ничего лишнего говорить.

— Вы, ваше королевское высочество, можете обратиться хоть к самому архиятору Лестоку, – обнадежил грек, – он специалист изрядный, лучший, пожалуй, во многом.

Да уж, знаю я этого «специалиста». Вот к нему и даже подчиненным ему лейб-медикам я точно не хочу подходить. Если не разболтают всем, так невзначай заморят. Или тупо убьют. Что скорее.

Видя мое недовольство кандидатурой своего начальника, Кондоиди решил подсказать что-то дельное.

— Городским гошпиталем в Москве заведует сейчас господин Блюментрост. Лаврентий Лаврентьевич. Думаю, он будет рад вам помочь, – заговорщически проговорил грек, – у него там и брат Иван Лаврентьевич рядом. И в крайней нужде поможет, если вы от тетушки своей будете иметь в деньгах стеснение.

Ага. Я и сам хотел обратится к Лаврентию Лаврентьевичу по делам Академии. Все же он первый ее председатель. А про брата его я и не знал вовсе. Но, если тому так тяжело сейчас, то можно его и на мои методы подписать, да и забрать его вообще личным лекарем! Мне знания их не особо нужны, а вот имя, для продвижения моих знаний, потребуется.

— И вот еще, если будет нужда в хирургической части, – Кондоиди показал, что похоже догадывается, где у меня проблема, – то обратитесь к Иоанну Арунцию Аццарити.