Онлайн книга «Наследник двух корон»
|
Вижу идущего на меня шведа. У него тоже что-то короткое. Кортик, что ли? Диверсанты! Со шпагой-то в ночи не развернешься. Моя вон с сетью валяется. — Живым брать! Живым! – орет кто-то по-шведски справа. Ага. Дамся я вам. Кортик против бебута – расклад хороший. Делаю замах, бочком ухожу под лежащий факел. Противника должно слепить. Но он от удара уходит. Опытный, собака. Да и не один он здесь, точно. Сеть кидали. Значит, точно не хотели убить. Вторым выпадом достаю все же. Слышу, как к нашей палатке бегут. — Rettung! – рык Брюммера сзади зовет на помощь. Звон шпаг. Что-то обжигает мне спину. Я спотыкаюсь о лежащее в вязкой луже тело часового. Кровь. Вижу в падении, что товарищи уже схватились со шведами. Лечу мордой в грязь. Я весь в липкой солоноватой жиже. Аж тошно. И больно! Как… КОРОЛЕВСТВО ШВЕЦИЯ. ОКРЕСТНОСТИ ГЕЛЬСИНГФОРСА. ЛАГЕРЬ КИРАСИРСКОГО ПОЛКА. 23 августа (3 сентября) 1742 года «Idioter! Kronprinsen är död!» – Отто материт уже себя, что подписался на это дело. Надо было в Петербурге сидеть с герцогом. Ну и косорукие пошли шведы! Вот кто-то спиной в его сторону летит. Брюммер бьет летящего, но сам сбитый тем с ног падает прямо на тело Карла Петера. — Satan! А-а-а… – чертыхается барон. Так вот и просирают свое счастье. – Наследника убили! — Наследника, наследника убили! – разносятся его слова русским эхом по лагерю. — Бебут, Бебут убит! – летит дальше, будя кирасиров… Глава 5 Теткин гнев РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ПОКРОВСКОЕ. ЗАГОРОДНЫЙ ДВОРЕЦ. 27 августа (7 сентября) 1742 года Лисавета шуршала юбками, стремительно передвигаясь по своему обширному кабинету. Она пыталась унять свой гнев и мыслить спокойно. От ее беготни по залу ничего не менялось и не изменится. Но ее просто трясло. Мальчишка! И она хороша! Как? Как можно было его отпускать? Даже не озаботившись надежным сопровождением, которое бы уберегло его от опрометчивых глупостей?! Сенатские тоже хороши! Так долго слать депеши! Гнать их там половину нужно взашей! Вообще ничего делать не хотят! Столько дней потеряно на их чиновничьи игры и тщательное заострение перьев! Да так, что новости с фронта и новости об отъезде Петра пришли ей с одной почтой! Ладно, это после. Подождет. Но что делать? Мальчишку чуть не убили. Слава богу, уберег. Лисавет даже перекрестилась на образа в углу. Ласси, старый черт, о том даже ничего не пишет! Только победная реляция о сдаче ему шведами Гельсингфорса. И о том, что «их королевское высочество герцог Гольштейнский» лично присутствовали на капитуляции. Может, письмо о нападении на Петра подметное? Но как? Кто? Да, нет! Ласси пишет, что «в заложники, во избежание новых эксцессов, передан в наше пленение генерал Будденброк». Новых. Эксцессов. Значит, уже были. Какие? Чтоб целого генерала оставлять… Темнит Ласси. Не пишет в донесении. Надо испросить, если вечерней почтой письмо о том не придет. Кирасиры же, похоже, о том «эксцессе» и пишут. Пафосно, но четко. Да и зачем им врать? Мальчишка, что надо признать, молодец. Совсем не тот напуганный рохля, о котором ей докладывали. События развиваются стремительно. С этим что-то надо делать. Но молодец, Петруша, молодец. За ноги нужно держать сорванца, а то улетит в небесную высь и дальние дали. Но молодец. Тут ничего не скажешь. |