Онлайн книга «Наследник двух корон»
|
Император (пусть и малолетний) Иван Третий в своем праве. А мы с Елизаветой тут так, подышать вышли. Насколько я знаю, Елизавета так и не решилась его придушить. В моей истории это прикажет сделать только Екатерина Великая – моя (не дай бог) жена. Иван Третий. Двадцать с лишним лет страшной жизни в заточении. Русский вариант «Человека в железной маске» Александра Дюма. Почему Лиза его не убила? Я не знаю. Может, хотела иметь запасные варианты, чтоб род Романовых не прервался. А может, действительно не захотела брать грех на душу. Версия так себе, но тоже имеет право на существование. В общем, сие мне неведомо. В общем, то-се, но Санкт-Петербург уже близко. Как говорится, прыг-скок, вот вам и возок. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 1 (12) февраля 1742 года У вас есть деньги? У меня нет. Как-то забыли меня предупредить, что нищим нужно давать монеты. А у меня их нет вовсе. Я не Понтий Пилат на въезде в Иерусалим, но… Я гордо проскакал на рыжем мимо нищих, но это плохо. Неужели нельзя было сказать? Хорош Корф. Ему, может, и все равно, лишь бы сдать мою тушку, но мне-то тут жить еще не одно десятилетие… Мне вспомнят. Переврут сто раз, но вспомнят. И никакое «оскорбление величеств» тут не поможет. Будут тут мчать паровозы, ходить по рекам пароходы, летать воздушные шары, но будут вспоминать, что будущий царь-батюшка не дал три копейки при въезде в столицу. Сто слоев еще добавят. Правды и смысла. Плохо. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 1 (12) февраля 1742 года Ближе к центру столицы встреча пошла веселее. Толпились толпы. Звучали звуки. Командовались команды. Торжество торжественное. Очень важный гость. Внук Петра. Петер. Петр. Я взмахом руки приветствовал встречающих. Они вторили мне приветствиями и прочими возгласами. Кто я для них? Уверен, что они и сами не знают. Возможно, что будущий царь. А может, и нет. Времена неясные, а перевороты и смены монархов случались так часто, что обыватель, пожалуй, и не упомнит имена всех, кто носил или примерял корону. Смутное время, начавшееся со времен смерти Ивана Грозного, в России так и не закончилось, и я в этой Смуте лишь эпизод. Да, у меня есть шанс. Или иллюзия оного. Но удалось же Павлу хотя бы упорядочить эту чехарду на троне. Возможно, я смогу сделать это и раньше. По существу, чехарда прекратилась (почти) еще во времена Екатерины Великой. Временной период примерно тот же, что, если даст бог, предстоит и мне. Но уже без нее. — Виват, славный город Петра! Толпа вновь взрывается оживлением (переходящим в овацию – шутка). Зря я это сказал. Зря. Прозвучало очень неоднозначно. Я ведь тоже тут Петр. Конечно, Елизавете донесут тут же. Ладно, слово не воробей, будем вырубать топором. Почти шутка. Пока мне топор и плаха не грозят, но язык нужно придержать, чтоб лишний раз не возникало у императрицы желания его слегка так укоротить. Елизавета будет (если ничего не случится) править еще двадцать лет. И вот и Дворцовая площадь, и сам Зимний. На площади в каре построены войска. Лейб-гвардия и лейб-компанцы. Со стороны Петропавловской крепости доносится выстрел пушки. Полдень. Мое королевское высочество владетельный герцог Шлезвиг-Голштинский прибыли в столицу Российской империи с дружественным визитом. Пока именно так. Ура. |