Онлайн книга «Наследник двух корон»
|
— Да, – ответила Лиззи после минутной паузы, – он сегодня вот и стихи прислал… — Стихи? Можно почитать? Принцесса протянула листок невестке. — Читай. Генриетта побежала глазами по листу: «Mein Herz. Lini. In den Feldern, wo die Bö geheul, inmitten Schnee, dass Blut kühlen, für dich bin ich mein letzter Mantel bereit zu geben, bereit zu geben…» Каролина Генриетта Пфальц-Цвейбрюккенская как будто окунулась в эти строки. «Mein Herz Lini». «Моему сердцу Лине», как жалко, что это не ей! Она перечитала снова: В полях, где шквал ревет, Среди снегов, студящих кровь, Тебе я свой последний плащ Отдать готов, отдать готов… Und wenn die Trübsal voraus ist sowohl harte Arbeit als auch harte Arbeit, du wirst es auf finden meiner Brust zu sich selbst Asyl, zu sich selbst Schutzhütte. Глаза немного запнулись на последней строчке: «…свою защиту, свой приют…» У стихотворения был свой ритм, и она его где-то слышала. Только что! — Лизи! Наиграй-ка то, что ты только что играла. Исполняя просьбу принцессы Пфальц-Цвейбрюккенской, ее золовка пробежалась по клавишам клавикорда. — Это песня! — Я тоже так подумала, но там есть перепад ритма. — Не о том думаешь, Лиззи, не о том! Вот же заучка! Ей прислали признание в любви, а она слоги считает! — Давай играй, а я спою. Даже лютню возьму, на два инструмента лучше звучать будет. Слова легко легли в память. И они быстро спели в унисон: Wenn du mit mir in einem tauben Land bist, wo gibt keine Sonne, wo völlig Nacht, ich wäre glücklich wie im Paradies, mit dir, mein Licht, mit dir, mein Licht… Каролина Дармштадтская с каждым повтором все более краснела, пытаясь представить описанное в строчках: Была б ты со мной в краю, Где только ночь, где солнца нет, Я был бы счастлив как в Раю, С тобой, мой свет, с тобой, мой свет…. Каролине Луизе почему-то захотелось плакать. И что в этих словах такого? — Знаешь, подруга. Это лучшее признание в любви на немецком, которое я читала. — Признание в любви, Герти? – принцесса Гессен-Дармштадтская все-таки тихо заплакала. — Ну, ну, девочка! Зачем же ты ревешь? – Каролина обняла голову золовке, а та уткнулась ей в корсет. — Маленький он. Я на шесть лет старше! Понимаешь? Старше! Принцесса Пфальц-Цвейбрюккенская улыбнулась, похоже чувство герцога не безответно. — Ну и что? Я вот тоже твоего брата старше. Всхлип. — Ты всего на год. — Там много кто и на больше. Вспомни тетушек своих. Или королев. Счастье годы не считает. Каролина Луиза откровенно заревела. Невестке надо было срочно выручать мужнину сестру. — Ну, плачь, плачь. А что он тебе еще прислал? — Там… Ну… Розы в гербарий… Самоучитель… Вот же одержимые. Впрочем, может, так и нашел этот Карл Петер Ульрих к девичьему сердцу дорожку? — Стоп, Лиззи. Какой самоучитель. — Русского. — Русского? А что у нас там в последнем куплете? Лиззи продекламировала: — Gott würde zu mir sagen: Dein Erbteil – der König der Erde, der Ganzen Erde… — Погоди, Лиззи, погоди. Ему, стало быть, назначат «лен Царя земли, ВСЕЯ ЗЕМЛИ». — Так написано, Герти. — А чьим он наследником приходится? — Шведским. Ну и… русским, еще. Генриетта продекламировала: — …ich würde den Thron mit dir teilen, Мeine Liebe, meine Liebe, Лиззи, Dein Peter. — Я б разделил с тобою трон, Моя любовь, моей любви. Твой Петер… ПЕТЕР! – повторив за невесткой слова, Луиза снова заплакала. – Герти, и что мне делать? |