Книга Наследник двух корон, страница 19 – Владимир Бабкин, Виталий Сергеев

Ядов против клопов в этом времени не знали, а от тех, что знали, человеку нужно было держаться подальше. Да о чем я вообще? Если верить тому, что я читал, крысы бегали прямо по Тронным залам королевских и царских дворцов, расходясь по своим щелям только во время громких людных мероприятий. Не знаю. Приеду – проверю.

Также читал, что наличие в доме тараканов считалось признаком достатка. Если тараканам есть что жрать, то и люди не голодают. А если тараканы падают с потолка в суп гостю, то это вообще к деньгам. А вот если в доме чисто и тараканов нет, то это повод соседям задуматься, а все ли хорошо с деньгами у их внешне приличного соседа. Ну, судя по шуршанию тараканов в моей комнате, с деньгами у владельцев сего заведения был полный порядок. Бегают даже по моей постели, конкурируя с клопами за теплое место под светом свечи.

Да, у меня тут почти королевские апартаменты. Настоящая отдельная комната с проходящей с кухни печной трубой и даже собственная свеча. Барон Корф спит в общей комнате на всю нашу делегацию. И свечей у них нет, только масляные лампы. Свечи очень дорогое удовольствие, поэтому у меня свеча только одна, и ждет своей очереди масляная коптилка. Ее зажигать нет никакого желания. Я тут задохнусь, комната маленькая, и так жарко, вентиляции нет, а окно не открывается. Да и январь на улице.

Почитать не получится. Глаза сломаешь. Они мне нужны, а офтальмологов здесь нет. (Непорядок!) Так что пытаюсь писать свой дневник. Хоть какое-то дело, кроме чесания всего тела от укусов клопов и статистического учета численности тараканов.

«4 января 1742 года. Бранденбург. Виттенберге. Постоялый двор. Жизнь прекрасна и удивительна! Каждый день узнаю что-то новое! Виттенберге показался меньше Ляхова, где мы с тамошними же клопами ночевали прошлой ночью, но побольше ганноверского еще Гартова, где мы обедали в полдень еще на левом берегу Эльбы. Городок разбросан, но это не захолустная деревня. Здесь есть и старинные каменные ворота – Штайнтор, и ратуша, и кирха. Этим с нами уже гордо поделился разговорчивый хозяин этих «Трех пескарей».В мое время (зачеркнуто трижды) Когда-то здесь будут и завод швейных машины, скажем «Зингер», и паровозное депо… Сейчас (да и потом) это граница Бранденбурга. Но даже местные делятся, что звалось место когда-то Bjola Gora. Впрочем, с самого Луэнбурга (Полабенбора в девичестве) мы ехали по Венедланду – старым славянским землям. Тихую славянскую речь я даже в Ляхове слышал. В Бранденбурге же в ожидающих нас Нитцве, Ринове, Потсдаме, Берлине, Мальхове… кроме названий ничего славянского уже нет. Не ценят пока здесь догерманской истории. Может, надо будет помочь? Хотя бы язык их записать, пока они все «венеды» не забыли.

Я жутко чешусь. Клопы. Приходится шнапсом прижигать места укусов. То еще счастье. Впрочем, так дальше пойдет, и я всерьез задумаюсь насчет рекомендации местных о том, что лучшее средство от клопов – намазаться крысиным дерьмом. Бред, конечно. Впрочем, медицина сейчас и здесь ничем не лучше народных «рецептов». Надеюсь, у тетушки найдется постельный шелк. Да и белье из него против этих тварей не помешало бы.

Местные прижимисто-радушные. Уважаемому графу даже личную свечу выдали. Одну. У них тут странные представления о статусе. Корфу свечи купить не удалось. Рылом не вышел. Подумаешь – барон. Ездят тут всякие… А вдруг завтра КОРОЛЬ пожалует, а свечей и нет?