Книга Рывок в будущее, страница 4 – Владимир Бабкин, Виталий Сергеев

Весело у нас.

Так и живем.

МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. НОВО-ПРЕОБРАЖЕНСКОЕ. ДВОРЦОВЫЙ ПАРК. 10 февраля 1744 года

Зима в Подмосковье – это вам не зима в Питере. Даже в моем столичном Итальянском дворце зимой сыро и холодно, никакие камины не спасают. Протопить весь огромный дворец невозможно. Да и дорого очень. Потому и обитаема только часть дворца, остальные залы и помещения, которые не используются, просто изолируются, в том числе и утепляются, чтоб холод и сырость не шли в жилую часть. У Матушки в Зимнем еще хуже. Во-первых, Зимний находится на побережье и с моря все время дует сырой промозглый ветер. Во-вторых, во дворце слишком много помещений, которые так или иначе периодически используются. А их нужно топить. Да и вообще, Петербург построен у моря, посреди рек и болот. Климат отвратный даже летом, про зиму и говорить нечего. Угораздило же деда там строить…

Проблему с паровым отоплением дворцов я не решил пока. Ветхий дворец Меншикова. Проще новый, по уму, построить. Но не сейчас. Да и не хочу светить лишний раз технологии. Разного рода иностранные лица часто бывают и в Зимнем, и у меня. Зачем показывать прогресс? Я хочу хотя бы лет пятнадцать форы. И не только в части отопления дворцов. Пароходы те же. И многое другое. Не зря говорят, что терпение – одна из главных добродетелей.

Потерпим. Христос терпел и нам велел, как говорят в народе.

Мы с Линой гуляем по парку. Дворец она уже обозрела. Прошлась по всем залам и комнатам. С балкона поглядела вдаль, оценив. Моя невеста по-хозяйски осматривает не только достопримечательности, но и хозяйство, которое отнюдь не народное, а вполне частное.

— Петер, а что тут будет?

Она указывает на засыпанное снегом явно незаконченное строительство у стены дворца.

— Думаю сделать зимний сад, так, чтобы с дворцом соединялся. Выпишем растения всякие. Птички поют.

— Петер, но Зимний сад – это очень дорого отапливать. Даже в Европе мало кто может себе это позволить.

Улыбаюсь. Хозяйственная моя.

— Придумаем что-нибудь. Паровые машины должны помочь с центральным отоплением. Там, правда, мороки много еще, сами паровики, насосы, трубопроводы, радиаторы. Надеюсь, за год сделают. И для сада, и для дворца, и для мастерских. Склады с углем и дровами, подвоз организовать, рабочих. Много и по технической части нужно сделать. Пойдем внутрь мастерской, я тебе покажу котел и насосы.

Мы заходим, и невеста моя с большим любопытством рассматривают металлические чудища.

— Это все работает?

Усмехаюсь.

— Работает. Только недолго и опасно. Надо довести до ума. Поэтому в действии я пока тебе показывать не хочу. Мало ли что. Зачем нам нехорошие приключения.

Кивок.

— Ничего, любимый, я подожду. Я тебя больше ждала.

Мы нежно целуемся среди железных монстров будущего. У нас пока ничего такого-эдакого-личного нет. У Лины пунктик – до свадьбы ни-ни. Такое вот воспитание. А свадьба у нас нескоро. Так что пока просто поцелуйчики и воркования.

Выходим в парк, и моя невеста, окинув взглядом окружающее, видимо посчитала место подходящим.

— С днем рождения, любимый. Это тебе.

Плоская коробочка мейсенского фарфора с золочеными пелями и застежкой. Монограмма «П» и три бриллиантика меж ножек буквы на ее крышке. Ниже скрещенных шпаг клейма фабрики – дата. Сегодняшняя.