Книга В черной краске становишься черным. Том 1, страница 99 – Юй Сы

— Даочжан, я в восхищении и еще больше хочу быть вашим учеником.

Мо Хэ ничего не ответил, только моргнул.

Гу Вэньвэнь тут же подскочила к нему и воскликнула:

— Учитель, скорее!

Только в этот миг Се Юньци осознал, что тишина обманчива: за пределами улицы разгорался хаос. Мо Хэ кивнул и, не теряя времени даром, запрыгнул на ближайшую крышу и помчался к городской стене. Гу Вэньвэнь и Се Юньци от него не отставали. Последний услышал шум, повернул голову и увидел, что Тао У с мрачным видом бежит рядом. Глаза братьев встретились, и каждый увидел в них то, что, как они надеялись, никто бы не увидел, а потому тут же отвернулись.

Путь до городской стены был недолгим, и Мо Хэ на мгновение замешкался, когда ему открылась сцена под башней ворот.

Там, где еще днем выстраивались в очередь повозки, теперь разразилась битва: городской гарнизон ожесточенно сражался с ожившими мертвецами, которых здесь было намного больше, а еще множество пытались перелезть через стену. Отовсюду слышался рев и испуганные крики живых, и у башни уже занялся пожар от оброненного кем-то фонаря. Простым людям не так легко победить цзянши: для этого необходимо расчленить тело и сжечь, чтобы окончательно уничтожить его, но как же расчленить тело в бою, где трупы непрерывно продолжают атаковать? Ситуация для гарнизона – и для Сянъяна – становилась все критичнее, и люди отчаянно боролись, не желая умирать, но стоило повергнуть одного цзянши, как из него вырывался черный трупный яд, поражавший кожу и органы чувств, лишавший сил биться дальше, а следом нападали следующие мертвецы.

Но когда несчастные люди уже решили, что здесь и встретят свой конец, по площади перед воротами вдруг прокатилась волна света, а за ней еще одна и еще. Все новые и новые волны, будто волнующееся море, распространялись вокруг, и от этого цзянши теряли всю прыть, замирали, а потом и вовсе падали на землю без движения. Те, что карабкались по стенам, с ревом срывались вниз и там затихали, а царапанье с той стороны ворот постепенно прекратилось. Один из солдат с воплем ужаса и отвращения с трудом отшвырнул от себя упавшего прямо на него цзянши и на дрожащих ногах поднялся, сжимая меч. Он резко повернул голову, ища источник света: что за божество спустилось в Сянъян и спасло его в самый последний момент?

На коньке крыши застыл темный силуэт, и ладони его не прекращали двигаться, распространяя волны света. Усмиренные цзянши не решались выть и рычать, как раньше, и площадь внезапно погрузилась в тишину. А затем…

Волна еще большей мощности прокатилась во все стороны, и солдат У Тао помрачнел, больше не страшно было умереть, гнев, отчаяние и ужас покинули его душу. Теперь он мог уйти, сбросить бремя жизни и воспарить к Небесам.

Однако его тело этого не позволило. Живая душа осталась на положенном ей месте, а вот от цзянши, лежащего с перекошенным лицом рядом, поднялась светлая струйка дыма, которая превратилась в светящуюся точку. Этот огонек полетел к фигуре на крыше, будто что-то его звало.

Человек на крыше легко подпрыгнул и бесшумно приземлился недалеко от солдата. Многочисленные светлячки окружили этого мужчину, освещая спокойное красивое лицо и огненную ленту в волосах. Темные одежды делали его похожим на демона, но глаза смотрели ясно, как у небожителя. Он собрал ворох светлячков и опустился на колени, предавая их земле. Когда последний огонек растворился в залитых кровью камнях, мужчина выпрямился. Он снова поднял руки, и солдат увидел, как растет сфера между ладонями. Она становилась все больше и больше, накрывая фигуру мужчины, подползла к солдату и поглотила и его. Он моргнул, с изумлением наблюдая, как сфера расползается и расширяется, подтекая к городским воротам… Белая полоска дошла до смотровой башни и застыла, мягко мерцая. Солдат задрал голову – Сянъян будто накрыл купол, а потом все пропало. Осталась только тонкая белая полоска на вершине башни, обозначающая границу. Солдат опустил взгляд на мужчину и упал перед ним на колени: