Книга Клеа и месть призраков, страница 106 – Эвелин Бризу-Пеллен

— Лиам! Куда? Зачем? Лиам!

Но он уже хлопнул дверью и выбежал.

Лиам не мог опомниться. Вторым ребёнком – за ним попросили в тот самый день присмотреть его маму – была Клеа. В тот самый день, когда его мама получила конверт с проклятым порошком. Он был потрясён. Но чем больше размышлял, тем меньше удивлялся. У него всегда было ощущение, что между ним и Клеа существует какая-то глубинная связь. Но он не знал, что именно их связывает. И сейчас он был так возбуждён этой новостью, что не стал ей объяснять всё сразу и второпях. Ему нужно было справиться с шоком, всё переварить. Вот теперь он наконец почувствовал себя хорошо. По-настоящему.

Лиам взял хрустальный гребешок и провёл по волосам. Потом спустился и сел в такси.

Архангел высадил его в Бресте, в укромном уголке позади полицейского участка. Лиам вошёл во двор сбоку – пройти через решётку ему не составило ни малейшего труда. Он нашёл место в стене, через которое вышел в прошлый раз, и осторожно вошёл через него внутрь здания.

Он опять оказался в кабинете, где стоял включённый компьютер.

Лиам дошёл до двери и выглянул в коридор: нет ли там кого-нибудь?

И был прав, что повёл себя так осторожно – там, действительно, кое-кто был – парень, который занимался уборкой. После того, как работники уходили, помещение надо было привести в порядок. Лиам даже узнал его, этот парень как раз разговаривал с дежурным полицейским в тот день, когда сам он пришёл сюда в первый раз. На вид настоящий Шкаф Комодыч, ему бы грузчиком работать, а не коридоры подметать.

Лиам задумчиво прищурился. Во время первого своего визита он видел этого парня в профиль, теперь посмотрел ему прямо в лицо. Здоровенный бугай с квадратной мордой и ямочкой на подбородке. Кто же это говорил ему о ямочке на подбородке?..

Клеа говорила! Когда описывала Эрвана, брата Блюэнн!

В мозгу Лиама будто молния пронеслась. Он вспомнил, что говорили в больнице куряки-медбратья про самоубийства в полиции: «Нет, это не тот случай. Этот Эрван обслуживающий персонал в участке, он вовсе не полицейский!»

Лиама чуть ли не затрясло от возбуждения. Он бесшумно закрыл дверь и уселся перед компьютером. Вместо того, чтобы просматривать новые протоколы следствия, как он собирался, он открыл почту и написал в разделе «Новые сообщения»:

«Относительно исчезновения вещественных доказательств в деле Клеа Вильест.

Эрван Бланше, брат Блюэнн Бланше, соученицы и подруги Клеа, в то же самое время друг Винченцо Вильеста, дяди Клеа, и его алиби в день похищения. Он работает у вас в участке. Он был здесь в тот самый день, когда молодой человек принёс вам сообщение, что зуб похитителя спрятан в отвороте джинсов жертвы. Не он ли украл вещественные доказательства в тот же день, чтобы помешать исследованию зуба? Вне полицейского участка никто сведений о зубе не имел.

Надо учесть и то, что Фредерик Вильест должен был получить костный мозг от своей дочери, только она могла стать его донором. Смерть Клеа и исчезновение её тела обрекало также на смерть и Фредерика Вильеста.

Кто же был заинтересован в их смерти?»

Лиам счёл, что этого достаточно. Он выделил весь список профессиональных контактов хозяина этого компьютера и нажал опцию «Разослать всем».

Вжу-ух! Письмо отправилось по назначению.