Онлайн книга «Территория нелюбви»
|
Только теперь… — Но раньше не знал? — Да почему же меня некому заткнуть? — Главное, что я теперь это знаю, — он рисует на моём теле дорожку из поцелуев. — Я с тобой, моя Айка… И говорить, и думать хочу только о тебе. А о чём ты будешь думать и говорить через год, Кир? А через пять? Как часто у вас, мужчин, наступает полная перезагрузка? У всех мужчин. У всех, кого я знаю. 24.6 Рождество Тропическое Рождество — это что-то! Из нашего окна хорошо виден пляж, пестреющий красными колпаками, а в комплекте с трусами и купальниками колпаки выглядят особенно празднично! Санта-Клаус разгуливает по пляжу с зажатой под мышкой доской для сёрфинга, и хотя он тоже в плавках и красной шапке, но всё же отличается от остальных горожан — лишь у этого мужика длинная белая бородища по самые… по труселя. Веселуха! — Что ты пялишься на этих дикарей? — ширяет меня Алекс. — Подарки доставай! Сама она уже вцепилась зубами в бант на нарядно упакованной коробке. — А ты чего? — я оглядываюсь на замершего в ожидании Кира. — Сначала ты, — он кивает на пёстрый носок с заячьими ушками, и я повинуюсь. Ох, что-то не нравится мне его напряжённый взгляд! А ещё больше Сашкин — алчно-любопытный. Запускаю руку в носок и извлекаю маленькую серебристую коробочку. «Пусть там будут серьги или кулон», — молюсь я, уже заранее зная, что меня ждёт. Открываю коробочку… — А-ахренеть! — восторженно вопит Алекс, а я не понимаю, чему она радуется. — Кир, это же то, что я думаю? Ну скажи, это тот самый камень? Но мой Кир не реагирует на восторженную Алекс и не сводит с меня вопросительного взгляда. Чего он ждёт? С нехорошим предчувствием я ощупываю пальцами изящное колечко с маленьким розовым камушком. Мне абсолютно всё равно, что это за самоцвет… Меня волнует другое… — Зачем оно, Кир? — я держу коробочку на вытянутой руке и совсем не хочу примерять кольцо. Алекс это явно очень бесит, а меня бесит она — за спиной у Кира она грозит мне кулаком, строит свирепые рожи и яростно крутит пальцами у обоих висков. — Это рождественский подарок, — Кир растерянно дёргает плечами и хочет что-то добавить, но Алекс уже передислоцировалась и краем глаза я вижу, как она интенсивно трясёт головой, подавая ему сигналы. Это что, заговор? — То есть просто подарок? — уточняю я. — Как кулон или флакон духов… — Не совсем, — Кир отворачивается от моей сестры, бьющейся в нервном припадке, и теперь смотрит мне прямо в глаза. — Это особенный подарок… это моё признание и подтверждение моих намерений. Наверное, я всё же не уследила за глазами, и они выползли на лоб, а Кир судорожно вдохнул и торопливо заговорил: — Айка, подожди, только не говори ничего… пожалуйста… Не пугайся, это не предложение выйти за меня замуж прямо сейчас… Это… — По его вискам катятся струйки пота, и он лупит ладонями себя по лицу, нервно стирая влагу. — Я знаю, что ты пока не готова… Просто, Айка… ты должна знать, что для себя я уже всё решил… Но я подожду… столько, сколько потребуется… — Потребуется для чего, Кир? — моя улыбка не может обмануть ни его, ни Алекс, поэтому сестра торопится опередить Кирилла: — Э, ребят, вы не забыли, что сегодня Рождество? Не время выяснять отношения… — Выйди отсюда! — рявкаем мы с Киром в один голос. — Придурки! — выкрикивает Алекс и, обиженно поджав губы, устремляется к выходу. Но у самой двери оглядывается и добавляет со всхлипом: — Ну и хрен с вами, эгоисты! |