Книга Убей меня, люби меня, страница 146 – Хэй Янь

Мертвяк сначала испуганно съежился, но, увидев ее восторг, тоже рассмеялся, а затем украдкой взглянул на мрачного Цин Яня, стоявшего рядом.

— Ты зачем пришел? – обычно бесстрастный, Цин Янь почему-то хмурился.

Мэй Линь почувствовала между ними странное напряжение и, связав это со вчерашними событиями, призадумалась. Видя, как Мертвяк чешет голову, не зная, что ответить, она решила помочь ему, поэтому подтолкнула к Цин Яню и жестами попросила взять его с ними.

— Нельзя, господин не позволит, – сразу отказал Цин Янь, перекладывая ответственность на Мужун Цзинхэ.

Лицо Мертвяка омрачилось. Цин Янь холодно отвернулся, избегая его взгляда.

Мэй Линь не поверила ему. Она никогда не совала нос в чужие дела, но Цин Янь для нее теперь как родной. Если Мертвяк стал ему близким другом, почему они должны разлучаться?

Она взяла Цин Яня за руку, и, обернувшись, тот увидел, как на него умоляюще глядят две пары глаз. От такого у него даже голова заболела.

— Ладно, собирайся, да побыстрее. Если не успеешь, пеняй на себя, – раздраженно пробормотал он.

Радостный Мертвяк помчался собираться, а Цин Янь вздохнул:

— А-Мэй, ты…

Мэй Линь склонила голову и поглядела на него с невинной улыбкой, от которой его сердце дрогнуло. Наверное, и он сам, и его господин слишком усложняют жизнь себе и другим, причиняя страдания тем, кто ко всему относится проще.

Цин Янь всегда знал, что Мэй Линь очень умна: когда нужно, ведет себя скромно и тихо, но при этом всегда готова подольститься – впрочем, без заискиваний. Раньше ему казалось, будто она всегда просчитывает каждый шаг, как и они с господином. Но вчера во время церемонии, когда Мэй Линь посмотрела на него, он вдруг понял: на самом деле она проста. Она лишь яснее других знает, что ей по силам удержать, – и дорожит этим вдвойне.

— Пойдем, не заставляй господина ждать. – Цин Янь улыбнулся и, взяв ее за руку, повел за собой.

Отныне он будет делать все возможное, чтобы она больше не страдала.

Дорога выдалась нелегкой: ночевки в пути, ранние подъемы и движение в снегопад. Однако никто не жаловался. Проехав Ечэн, еще день двигались на юг. Погода постепенно смягчилась, и по реке можно было пройти свободно, поэтому, чтобы сберечь время и силы, путники предпочли водный путь. На причале в Юаньфане они наняли судно и взяли курс на Чжаоцзин. При благоприятных условиях по воде до столицы можно было дойти за три дня – на несколько дней меньше, чем по суше. Однако на одном участке русла, где часто случались происшествия, путников могла подстерегать опасность. Поэтому мало кто соглашался плыть, если не было спешки.

В этот раз Мужун Цзинхэ взял с собой лишь Цин Яня и Юэ Циня. Муе Ломэй, как и всегда, сопровождали две телохранительницы. Мэй Линь и Мертвяк среди всех этих людей смотрелись несколько неуместно. Увидев Мертвяка, Мужун Цзинхэ удивился. Услышав от принца вопрос, зачем тот отправился с ними, Цин Янь лишь молча потупился. Мертвяк же, почесав затылок, пробормотал, что немного разбирается в шаманских практиках. Больше Мужун Цзинхэ вопросов не задавал. Что касается Мэй Линь, он так и не удостоился ее взгляда, будто они друг другу посторонние.

Семнадцать «крылатых тигров» и вовсе не поехали с ними – они заранее покинули Цзинбэй. Кроме Мужун Цзинхэ, никто не знал, куда они отправились.