Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 4, страница 26 – Валентина Зайцева

— Тсс, не двигайся, — я прижал указательный палец к её подрагивающим губам.

* * *

Элара Валериус

Его глаза, тёмные, как чернильная бездна ночи, смотрели прямо в мою душу. Нас разделяли считаные сантиметры — я видела чёткую линию его прямого носа и чувствовала его дыхание. Когда прохладный воздух коснулся моей обнажённой кожи, я послушно закусила губу и затаила дыхание, не смея пошевелиться.

Его взгляд скользнул вниз. Прохладные пальцы Каллума коснулись едва заметных следов багровой печати, которую он оставил на моей коже. Он долго и придирчиво изучал это место, после чего разочарованно и с показным сожалением вздохнул: — Поблёкла. Ну надо же.

Конечно, за полдня в душной карете Августов и после бешеной скачки на коне краска неизбежно стёрлась.

— Давай я поставлю тебе новую печать, моя госпожа? Мм?

Я отчаянно закрутила головой, пытаясь высказать своё возмущение, но из-за его пальца, всё ещё прижатого к моим губам, у меня вырвалось лишь глухое, смущённое мычание. Каллум притворился, что совершенно не слышит моих протестов, и медленно склонился ниже.

Тёплое дыхание обожгло кожу. Всё моё тело испуганно напряглось, предвкушая ласку, а затем его губы невесомо, точно к самому хрупкому, священному сокровищу, прикоснулись к тому месту, где должна была гореть метка. В этом поцелуе было столько первобытного обладания и одновременно бесконечной, болезненной нежности, которую он, кажется, был способен подарить мне одной.

* * *

Генерал Дамиан Валериус

Я только что вернулся из Зала Солнечного Трона, но давящая тяжесть на моих плечах не имела ничего общего с государственными делами. Едва я переступил порог поместья, как верные люди донесли мне о чудовищном безумии, разыгравшемся прямо у стен собора.

Я с самого начала догадывался, что за внезапным падением и стремительным крахом министерских чинуш Августов стоит именно Каллум. Избавиться от этих спесивых выскочек было полностью в его стиле. Но даже вся моя многолетняя ветеранская закалка не могла подготовить меня к тому, что этот безумец выкинет дальше. Пригнать армию слуг, притащить горы бесценных подношений и средь бела дня, на глазах у всей столицы, нагло «украсть» мою Элару прямо из-под носа её несостоявшихся родственников... От такой вопиющей дерзости у меня перехватило дыхание.

Я мрачно стоял у окна, созерцая наш внутренний двор. Он был буквально завален горами его роскошных, кричащих подарков. Эти шёлковые тюки и сундуки с золотом жгли мне взгляд хуже раскалённого железа. Да, я тайно поддерживал Каллума Рейна, надеясь вернуть Остерии стабильность, но это вовсе не означало, что я одобрял его тёмные, безумные методы. И уж точно моё сердце обливалось кровью от мысли, что я должен доверить свою любимую младшую дочь, едва избежавшую проклятого брака, в эти порочные, запятнанные чужой кровью руки.

В императорском роду Рейнов никогда не рождалось чистых и милосердных праведников. Их династия веками строилась на костях и пороках. Тяжёлые, удушающие думы камнем давили на моё старое сердце, пока я смотрел на это проклятое богатство под окнами. Внутри меня закипала глухая, беспомощная ярость отца, который слишком хорошо понимает, с каким чудовищем связалась его дочь.

Я хмурился, до боли сжимая кулаки. Обратной дороги для дома Валериусов больше не было. Этот безумец привязал нас к своей колеснице. Каллум уже забрал Элли, он объявил свои права на мою девочку перед всем миром. И теперь я знал наверняка: если кто-то посмеет встать у него на пути или попробует отобрать её, Безумный Регент скорее сожжёт всю Остерию дотла, чем отпустит её.