Онлайн книга «Индивидуум»
|
Его голос дрогнул, и Фри вдруг с изумлением осознала, что это вовсе не боль. То, как он сжимал одеяло слабевшими руками, как сбивались слова, как умоляюще смотрели в пустоту глаза… Стефан до ужаса боялся грядущего. — Я боюсь уснуть и не проснуться, — сквозь стиснутые зубы говорил он, морщась. — А время на моей родине скоро наступит. Я не хочу… не хочу умирать насовсем. Не так. Это ведь бессмысленно и жалко. Пока я здесь, даже с гребаным концом света еще есть какой-то шанс… но на той стороне его не будет. — Я бы хотела тебе помочь. — Ее голос дрогнул. — Если бы только я знала как… Но я опять бесполезна… — Ты не бесполезная. — Ты сам меня так назвал. — Фри даже не стала сдерживать грустную улыбку, кажущуюся столь дикой в тот момент. — Когда я пришла к тебе тогда, давно. Ты совсем этого не помнишь после того, как отдал Поллуксу десять лет памяти? — Помню вечер. Сам разговор — плохо. А вот Фри помнила его отлично. Даже спустя столько времени она прогоняла в мыслях услышанное тем днем, ведь оно, по сути, создало ее нынешнюю, следовало по пятам и кололо всякий раз, вызывая еще больше неуверенности в себе. — Я пришла к тебе, чтобы поддержать, — скорбно донеслось от Фри, снова отвернувшейся к дождю за окном. — Тебя только отпустили из суда с оправданием, после двух недель в карцере. Там было темно, в его комнате, но Фри смогла разглядеть сквозь открывшуюся щель, что Стефан замазывал стену серой краской. Раньше на ней были изображения соборов, удивительно воздушные и подробно нарисованные. Но протектор решил уничтожить свою работу, а Фри отвлекла его от дела. Он смотрел на нее так холодно, будто она провинилась перед ним. Этого Фри от Стефа не ожидала. — Ты вышел. В краске, в пятнах, совсем убитый. — Фри… — А потом, когда я попыталась хоть что-то сказать, ты… тебя словно подменили. Протекторша почувствовала, как глаза защипало от слез. Стефан точно хотел отыграться на ней за все случившееся с ним. Его обвинения были чертовски обидными до сих пор, даже сейчас, после того как между ними все вновь стало хорошо. Порой так бывает — когда слова годами дерут душу на части, не теряя силы. Ваяют из людей кого-то другого. Стефан смотрел на нее будто в молчаливой просьбе не продолжать. Словно оно тоже его глодало. — Ты тогда сказал мне… — Фри пришлось собраться с духом, чтобы воскресить эти слова. — Сказал, что ты не понимаешь, как я стала протектором. Звезды ошиблись. Что после всех моих тренировок ты уверен: я бесполезная жалкая обуза и буду лишь мешать другим, ведь сама защититься не смогу. Что я умру жестоко и болезненно, по глупости. Потому что слабая. Без способностей. Вкладывать в меня силы и ресурсы — бессмысленная трата времени. Здесь не нужен калечный бестолковый протектор. Ты считал… считал, что я занимаю место «нормального» человека. И надеялся на скорейшее исправление этого. Он сказал тогда намного больше, ядовитее, и каждая фраза ранила ее ножом. Фри доверяла Стефу и никогда бы не подумала, что он видит ее такой. Мусором со сломанной душой. — Я сбежала, — подытожила она. — И возненавидела тебя. Я не думала, что суд так тебя изменит. — Фри… — Почему ты так поступил, Стефан? Мы же были друзьями! Зачем… — Я за час до этого себе голову прострелил. Фри потрясенно замерла. |