Книга Доминум, страница 131 – Полина Граф

— Думаешь, ему прям совсем не стоит доверять?

На секунду я перестал рыться в коробке, мысленно вернулся в то мистическое пространство и проговорил слова Черно-Белых:

— Многие звезды бессовестно лгут. Даже та, что заключена внутри.

— Это очередной ребус?

— Это моя жизнь.

Поиски наконец-то увенчались успехом.

— Фри, вот оно! – взволнованно воскликнул я, вытаскивая накопитель.

Я немедля смахнул весь мусор со стеклянной панели и привел ее в действие, подсоединяя находку. Вспыхнула световая проекция, высветившая серьезное лицо отца. Именно таким я его и запомнил, за исключением куртки адъюта. Было так необъяснимо странно видеть его в форме.

— Макс? – осторожно окликнула меня Фри.

Я отбросил лишние раздумья и стал листать. Вся информация – от места рождения до дат выходов на задания. Оказывается, он был главным в отряде последние восемь лет. Подавляющее число заданий успешные, для адъюта такое количество устраненных кандидатов и сплитов казалось поразительным. Не все они ходят на зачистки, но мой отец был именно из таких. Тех, кто может хоть немного справляться с эфиром, без всяких расспросов тащат на поле боя. Жалел ли он о том или с готовностью взял в руки оружие?

Дойдя до сведений о семье, я удивленно нахмурился.

— Ничего? – поразилась Фри.

Ни матери, ни отца. Даже жены или ребенка. Ни слова обо мне.

Наставница покачала головой.

— Да быть того не может, наверняка ошибка! В Соларуме такую информацию вылизывают до блеска, ведь семейные связи очень важны. А он еще и отец протектора!

— Да, – уклончиво произнес я. – Наверное, какая-то ошибка.

— В Лазарете вообще почти не задерживался, кроме одного раза. – Фри прищурилась, читая строки. – Сплит прямо по спине ударил. Сломана лопатка и пара ребер, порвано легкое. Офигеть, это чудо, что его успели дотащить до Соларума.

По дате ранение значилось за четыре года до моего рождения. Я знал, что у отца на спине имелись страшные шрамы, о которых он никогда не рассказывал.

И вот наконец информация о смерти.

«Погиб при исполнении обязанностей. Обливион».

И все. Одна сухая строчка, лезвием оборвавшая все, чем был отец. Обливион.

— Мертв, – бесцветным голосом вымолвил я. – И все.

Антарес ошибся. Отец не обманывал меня. Он просто-напросто умер.

Мне вдруг стало так тоскливо, гадко. Зачем вообще было давать надежду?

Я попробовал открыть подробности смерти, но их не нашлось.

— Так иногда бывает, – вздохнула Фри. – Случается, что адъют отделился от отряда или вообще вышел один на задание и… никто не видел, как точно он погиб. Все остальные подробности – в данных о посмертном осмотре, но такое хранят отдельно. Можем и их откопать, если хочешь, но в том отделе еще больше хлама. Черт, хоть бы кто из ассистов разгреб!

— Нет. – Я решительно замотал головой. – С меня хватит.

Я закрыл дело отца, и в воздухе осталась лишь фамилия – Луцем. Мое внимание приковала цифра 3, разместившаяся рядом. Когда я коснулся ее, в воздухе высветились три документа. Под первым был отец, второй содержал информацию обо мне. Но кто же третий? Как только я проверил его, экран тут же залился красным, выдавая что-то неразборчивое.

— Что это значит? – удивился я.

— Недоступно, – пояснила Фри. – Или стерто. Да весь накопитель сломан, вероятно, пустяк.

Сломан. Да, верно. Но что-то все равно продолжало меня тревожить.