Книга Попаданка-ключница проклятого дракона, страница 25 – Алекс Скай

— Ортия.

— Я всего лишь говорю с вашей ключницей, милорд.

— Не говорите.

В его голосе не было просьбы. Ортия приняла приказ с улыбкой, но не отступила. И это тоже было важно. Здесь все боялись Эйварда. Руна, стража, даже Тарвин осторожно обходил его боль стороной. Ортия не боялась. Или делала вид слишком умело.

— Как пожелаете, — сказала она. — Совет соберётся после рассвета. Я надеялась, вы дадите мне несколько минут до этого. Есть вопросы, которые не стоит обсуждать при всех.

— Позже.

— Конечно.

Она повернулась к выходу, но, проходя мимо Ники, чуть замедлила шаг.

Эйвард уже смотрел на коридор. Руна опустила глаза. И только Ника увидела, как улыбка исчезла с лица Ортии, будто её сняли тонким лезвием.

Женщина наклонилась совсем близко. От неё пахло морозным воздухом и дорогой тканью.

— Я знаю, кто ты на самом деле, — прошептала Ортия так тихо, что слова коснулись только Ники. — И если хочешь жить, отдай мне ключ от белой двери.

Невеста у порога

Слова Ортии коснулись Ники не как шёпот, а как тонкое лезвие у горла.

“Я знаю, кто ты на самом деле”.

На миг кладовая стала тесной до невозможности. Полки с покрывалами, пустые коробки, погасшая свеча на полу, Руна у стены, Эйвард у двери — всё будто отступило в сторону, оставив только Ортию Лайс и белый ключ у Никиного пояса, который грелся так настойчиво, словно пытался прожечь ткань.

Не отдавай белый.

Голос Сайры прозвучал внутри так ясно, что Ника едва не схватилась за ключ обеими руками. Она удержалась в последний момент. Если Ортия ждала испуга, резкого движения, выдающего жеста, то не получит. Не сейчас.

Ника медленно подняла взгляд.

— Я плохо понимаю угрозы, сказанные шёпотом, — произнесла она так же тихо. — В этом замке все привыкли говорить загадками. Видимо, боятся, что прямые слова откроют не ту дверь.

Ортия улыбнулась.

Для Эйварда, если бы он смотрел, эта улыбка показалась бы вежливой. Для Руны — опасной. Для Ники — совершенно пустой. В ней не было тепла, только расчёт.

— Вы быстро учитесь, — ответила Ортия. — Или вспоминаете.

— Смотря кого спросить.

— Я спрошу при Совете.

Слово “Совет” прозвучало почти ласково, но белый ключ у пояса Ники стал горячее. Ей захотелось отступить, спрятаться за Эйварда, за Руну, за любую стену, которая в этом доме ещё не научилась слушать против неё. Вместо этого она осталась на месте.

Ортия выпрямилась и снова надела свою светскую улыбку, будто шёпот между ними был не угрозой, а пустой любезностью.

— Милорд, — обратилась она к Эйварду уже громче, — полагаю, до рассвета разумнее оставить ключницу под присмотром. Если замок вновь начнёт открывать перед ней лишнее, Совет захочет узнать, почему.

Эйвард посмотрел на Нику.

И Ника впервые не смогла прочитать его взгляд. Там была злость — конечно, куда без неё. Было недоверие, острое и привычное, как нож на столе. Но под ним теперь лежало другое: вопрос, который он не хотел задавать при Ортии. Что она сказала тебе? Что ты услышала? Почему моя дочь знает твоё настоящее имя?

Он ничего не спросил.

— Руна, — сказал он.

Служанка мгновенно выпрямилась.

— Да, милорд.

— Отведите ключницу в её комнату. Дверь останется открытой до рассвета.

Ника резко вскинула голову.

— Открытой?

— Вы возражаете?

— Если замок ходит по коридорам лучше людей, открытая дверь вряд ли спасёт вас от моих страшных намерений.