Книга Попаданка-ключница проклятого дракона, страница 21 – Алекс Скай

Нивея обеими ладонями ударила по стеклу.

Звука не было.

Но Ника почувствовала удар в груди.

Женщина мотнула головой и снова попыталась писать. На стекле проступила короткая линия. Потом круг. Потом всё смазалось. Буквы не успевали родиться, их тут же съедал иней.

Ника приблизилась почти вплотную.

— Я не понимаю! Помоги мне понять. Почему я здесь? Почему я в твоём теле? Почему Сайра знает моё имя?

При имени Сайры туман вокруг них сжался.

Нивея посмотрела за спину Ники.

Так смотрят не на человека. На дверь.

Ника обернулась.

В темноте появилась белая дверь.

Та самая. Без ручки. Чистая до ужаса. Только теперь на ней была не одна замочная скважина, а три. Одна на привычном месте. Вторая ниже, почти у пола. Третья высоко, там, куда ребёнок не дотянулся бы.

В ладони Ники два молчащих ключа стали тяжелее.

— Три ключа, — прошептала она.

Нивея за стеклом кивнула.

А потом приложила ладонь к груди и медленно, с отчаянной ясностью, указала на Нику.

Ника похолодела.

— Третий… не мой.

Женщина закрыла глаза.

Это было ответом.

Не полным. Но достаточно страшным, чтобы у Ники пересохло во рту. Третий ключ был связан с ней. Не с Нивеей. Не с замком. Не с той женщиной, которую ненавидел Эйвард.

С Никой.

В белую дверь ударили с другой стороны.

Один раз.

Туман рванулся назад. Стекло между ними и Нивеей покрылось трещинами. Женщина открыла глаза, и теперь в них был страх.

— Что там? — прошептала Ника.

Нивея приложила палец к губам.

Так же, как Сайра в зеркале.

Потом на треснувшем стекле проступили ещё две буквы. Не написанные рукой — будто выдавленные изнутри.

Б.

Е.

Нивея попыталась закрыть их ладонью, но иней уже тянулся дальше.

Р.

Е.

Ника прочитала почти беззвучно:

— Бренн?

Тень Нивеи отшатнулась.

И в этот миг белая дверь распахнулась.

Ника не увидела, что за ней. Не успела. Из проёма ударил белый свет, холодный, слепящий, и кто-то резко схватил её за плечо.

— Нивея!

Она вскрикнула и очнулась на полу кладовой.

Свеча валялась рядом, погасшая, но не разбитая. Руна стояла у стены, обеими руками зажимая рот, глаза широко раскрыты. Дверь внутри кладовой исчезла. Полки снова были на месте. Покрывала, пустые подсвечники, деревянные коробки — всё выглядело так, будто никакой детской здесь никогда не было.

Но в ладони Ники лежали два молчащих ключа.

А над ней стоял Эйвард Морн.

Он держал её за плечо, и пальцы его были ледяными. Не просто холодными — такими, будто сам север вошёл в его кровь и больше не ушёл. Ника подняла на него глаза и увидела в его лице то, чего ещё не видела: не ярость, не презрение, не властный приговор.

Испуг.

Он испугался за неё.

И почти сразу понял, что она это заметила.

Его лицо захлопнулось, как дверь.

— Что вы открыли? — спросил он.

Ника села, пытаясь прийти в себя. Комната вокруг слегка качалась. В висках стучало. Руна наконец отняла руки от лица, но не сказала ни слова.

— Кладовую, — ответила Ника.

— Не испытывайте меня.

— Я правда открыла кладовую.

Эйвард перевёл взгляд на её ладонь.

Два молчащих ключа лежали там тихо. Слишком тихо.

Он увидел их.

На лице его что-то изменилось. Ника не успела понять что, потому что Эйвард резко опустился перед ней на одно колено и схватил её запястье. Не грубо, но так стремительно, что она вздрогнула.

— Где вы взяли второй?