Книга Только с тобой, страница 194 – Э. Сальвадор

— Прости, что строил о тебе предположения, — я убираю прядь ее волос за ухо и сжимаю ее бедро, потому что Джулианна ничего не говорит и не смотрит на меня. — Мне правда жаль. Если бы мог, я бы забрал свои слова назад. Пожалуйста, скажи что-нибудь.

Она лишь пожимает плечом, глядя на мою цепь, и продевает в нее палец.

— Не знаю, что сказать. Я расстроена, но в то же время нет? Я и сама не произвела на тебя лучшего впечатления, когда мы встретились. Я буквально врезалась в твою машину и взвалила вину на тебя. Это был такой дерьмовый поступок, так что, думаю, Голливуд — это справедливо. Я же тоже называла тебя куском дерьма, исчадием ада, дьяволом во плоти и мудаком все эти годы...

Джулианна огорошивает меня, расхохотавшись.

— Хватит на меня так смотреть, но я врезалась в твою машину, ты пролил на меня напиток, я обзывала тебя, ты обзывал меня. Мы действительно мелочные и глупые. Все эти годы мы ненавидели друг друга. А теперь посмотри на нас: я сижу на тебе, и правда... — ее смех стихает, и дымка в ее глазах становится пламенной, кончики пальцев прожигают кожу вокруг моей цепи.

— Ты правда что?

— И я правда хочу поцеловать тебя.

Лэндон

Ее глаза с тяжелыми веками опускаются к моим губам, в тот миг, когда провожу по ним языком, и мне до боли хочется прикоснуться к ее губам, останавливаю себя.

— Ты не хочешь отдохнуть? — я провожу ладонями под ее футболкой, большие пальцы выводят нежные круги на ее животе. — Могу заварить тебе чаю.

Джулианна прикусывает нижнюю губу, пытаясь сдержать улыбку.

— У меня еще недели две до месячных. Я просто не была в настроении идти на вечеринку.

Я удивленно поднимаю брови от ее признания. Хотя не стоит удивляться, потому что я это знал.

— Это из-за Никки? Мне правда жаль. Клянусь, я ей ничего не говорил. Она, наверное, подслушала.

Ее грудь опускается с тяжелым, противоречивым вздохом.

— Вообще-то, дело не в этом, и я уже пережила все. Мы не те люди, какими были несколько месяцев назад, так что меня это действительно не задевает. Причина в другом. Хотя, теперь вспомнила, мне нужно кое о чем тебя спросить

— Спрашивай.

— В тот день, когда купил мне овсянку и латте в студенческом кафе, зачем ты это сделал?

Я пытаюсь подавить усмешку, но это бесполезно, и она вырывается наружу.

— Просто чтобы повести себя как мудак.

Ее челюсть отвисает.

— Так ты и правда забрал бы его себе, если бы я ничего не сказала? — не успеваю и слова вымолвить, как она ахает и легонько бьет меня по груди. — Ах ты мудак! Я из-за тебя опоздала на пару.

— Прости, — я улыбаюсь и щекочу ее по бокам, пока она не начинает улыбаться тоже. — Обещаю загладить вину. Буду покупать тебе всю овсянку и латте, какие только захочешь.

— Пусть будет горячий шоколад, и мы в расчете, — торгуется она.

— Любовь, я куплю тебе все, что захочешь.

Джулианна ухмыляется.

— Очень опасно говорить такое девушке. Надеюсь, ты это и имел в виду.

— Это обещание, — взгляд скользит к ее губам, прежде чем я возвращаюсь к словам. — Если дело не в нас, то что тогда случилось?

Она опускает глаза, теребя рукав своей майки.

— Так, всякая фигня с сестринством.

— Эй, — я подставляю костяшку пальца под ее подбородок и приподнимаю его, встречая побежденный взгляд. — Что случилось? Говори.

— Пустяки, просто чушь собачья, о которой, уверяю, ты не захочешь слушать. Я, наверное, просто буду травить байки, а ты устанешь слушать.