Книга Любящая королева, страница 112 – Саффрон Брукс

— Вместо того чтобы остановиться или начать заново, Кингсли решает импровизировать. Он начинает петь совершенно нелепую песню о том, как «забыть аккорды — это часть шоу». Текст был уморительным, и в итоге он начал танцевать по сцене как безумный, пытаясь отвлечь всех от своих ошибок.

— О боже, я бы хотела это видеть, — смеюсь я.

— Я все записала. Позволю тебе посмотреть позже, но самое интересное дальше, — продолжает Джози с озорной улыбкой. — В какой-то момент он запутался в микрофонном кабеле и рухнул плашмя на спину. Весь зал взрывался от хохота, а Кингсли просто лежал там, бренчал на гитаре и распевал свою нелепую песню. Ему устроили овации — не потому, что он был хорош, а потому, что это было самое смешное, что кто-либо видел.

Я задыхаюсь от смеха, хватаясь за живот.

— Не могу поверить, что ты это сделал! Ты действительно умеешь устраивать шоу.

Кинг шутливо стонет, делая шаг ко мне и беря за руку. Он мягко поднимает меня на ноги, целуя в лоб.

— Рад, что мой позор доставляет тебе столько радости, — говорит он с притворным раздражением. — Но думаю, историй на сегодня хватит.

— О нет, я хочу еще! — настаиваю я с ухмылкой. Конечно, история была смешная, но она не совсем разрушила образ его почти идеальности. Мне нужно больше компромата.

— Может, позже, — отвечает Кинг с дразнящей ухмылкой. — А сейчас нам пора идти вниз. Ужин вот-вот начнется.

— Не волнуйся, Инес, — добавляет Жозефина, вставая и заключая меня в еще одни теплые объятия. — У меня в запасе полно таких историй. — Она поворачивается к Кингу, чмокнув его в щеку. — И я загрузила информацию о диетических ограничениях в MansionSync, так что кухня внесла соответствующие коррективы.

Я уверена, что это было ради меня, и чувствую тепло на душе от этой мысли.

— Merci, la Daronne. Увидимся позже, — с нежностью говорит Кинг.

— Конечно, любимый. О, Инес, я слышала, ты взяла собаку с собой?

— На самом деле это наша собака. У нас совместная опека, — поправляет Кинг.

— Хорошо знать. Я поручу персоналу позаботиться о нем: покормить и выгулять. А завтра, если хочешь, кто-нибудь отвезет его в собачий центр отдыха. Ему понравится, там есть чем заняться. Я также дам твой номер сотруднику, чтобы она могла присылать много фото и видео, — говорит она, беря в руки iPad и делая пометки.

Я смотрю на Кинга, ошеломленная. Он просто улыбается и кивает, будто это в порядке вещей.

— О боже, это… Я даже не знаю, что сказать. Огромное спасибо! Ему точно понравится.

— Отлично! Что ж, надеюсь скоро увидеться. Было очень приятно познакомиться. — Она тепло улыбается.

После того как мы обмениваемся прощаниями и выходим в коридор, я наконец задаю вопрос, который меня мучил.

— Так… ты называешь свою управляющуюDaronne?

— Да, — отвечает Кинг с тихим смехом. — Раньше я звал ее мамой, когда был маленьким, и честно говоря, иногда до сих пор так делаю. Но моя мать была не в восторге, это едва не вызвало огромный скандал. В конце концов отец велел мне называть ЖозефинуDaronne, потому что я просто не мог звать ее Жозефина. Она была мне большей матерью, чем моя собственная.

— Но… Daronne и мама означают одно и то же, — смеюсь я.

— Да, знаю. Почему-то мать была не противDaronne, так что прижилось. Даже Пэй ее так зовет.

Прежде чем я успеваю спросить, как отец отнесся ко всему этому, мы доходим до лестницы, где нас ждет высокая, элегантная блондинка. Воздух вокруг мгновенно меняется, и я без сомнений понимаю, что это мать Кинга. Не потому, что они похожи — нет, — но ее слова выдают ее.