Книга Мой развод. История болезни, страница 60 – Лера Корсика

— А я пойду в отдел образования, — сказала я тихо, но твёрдо. Голос не дрожал. Я смотрела ей прямо в глаза. — И в прокуратуру. И в департамент. И буду выяснять, почему вы не предоставляете мне место, которое положено по закону. И почему вы обманываете родителей. У меня есть свидетель, — я кивнула на Андрея. — И есть запись разговора.

Записи не было. Я блефовала. Но она-то этого не знала.

Алина Викторовна побелела ещё сильнее. Губы её задрожали.

— Неделю, — выдохнула она. — Дайте мне неделю. Я всё улажу. Я найду место.

— Три дня, — сказал Андрей. Голос спокойный, железный. — Потому что мы устали ждать. Потому что её ребёнок — живой человек, а не цифра в отчёте.

— Три дня, — прошептала заведующая, и в её голосе вдруг появилась усталость, смирение.

— Договорились, — кивнул он и вышел из кабинета.

Я — за ним.

На улице я остановилась, прислонилась к стене, закрыла глаза. Внутри всё дрожало — от напряжения, от злости, от облегчения. В голове шумело.

— Вы видели её лицо? — сказала я, открывая глаза. — Она побелела!

И вдруг я рассмеялась. Облегчённо, звонко, как будто с плеч свалилась гора. Смех вырывался сам, я не могла его остановить. Слёзы выступили на глазах.

— Видел, — усмехнулся Андрей. Глаза его потеплели. — Страшно было?

— Страшно? — я выдохнула. — Нет. Я так разозлилась, что не успела испугаться. А знаете, что самое страшное? — я посмотрела на него. — Я начинаю привыкать. К тому, что нужно бороться за каждую мелочь. За место в саду, за аккредитацию, за право просто жить. Я устала, Андрей Сергеевич. Очень устала.

Он смотрел на меня — не отрываясь. В его взгляде не было жалости. Было что-то другое — то, от чего у меня снова запылали щёки.

— Садитесь в машину, — сказал он. — Я вас домой отвезу.

Мы пошли к машине. Я шла рядом с ним, чувствуя, как наши плечи почти касаются. Он был такой большой, такой сильный, что рядом с ним я чувствовала себя… спокойно. Впервые за долгое время. И это пугало.

Я села в машину. Пристегнулась. Он завёл двигатель, вырулил со стоянки.

Я откинулась на сиденье, выдохнула.

— Спасибо, — тихо сказала я. — Вы не обязаны были помогать.

— Я бы не смог иначе, зная, что мне ваше место отдали, — ответил он, не глядя на меня.

Я не заметила, как улыбнулась — тепло, искренне. Впервые за долгое время.

Мы подъехали к маминому дому. Андрей остановил машину, повернулся ко мне. Он смотрел долго, изучающе, как будто читал меня как книгу. Я чувствовала, как горят щёки, как стучит сердце.

— Здесь, значит, вы живёте? — спросил он, глядя на подъезд.

— Да, — кивнула я. — Здесь. У мамы.

Он усмехнулся, кивнул куда-то в сторону. Я проследила за его взглядом.

— Ну, будем соседями, — сказал он. — Мы с сыном — напротив.

Я удивилась. Посмотрела на высотку через дорогу.

— Да вы что? — выдохнула я.

— Ага. Вон наш балкон, на пятом этаже.

— Я не знала, — растерянно сказала я. — Вы же сказали, что вы не местный…

— Я и не местный, — он покачал головой. — Квартиру снимаю. Пока. Свою продал после развода. А эта рядом с работой.

Я молчала. Переваривала. Он живёт напротив. Мы будем видеться…

— Вообще-то я здесь временно, — сказала я, чтобы что-то сказать. — У мамы. Моя квартира в другом месте.

— Да? — он повернулся ко мне. Взгляд стал глубже, внимательнее. — А что так…