Книга Цена любви и мести 2, страница 164 – Анастасия Разумовская

— Как? Я не знаю, как это делается...

— Я — знаю. То есть, не я. Мой дядя. Он как раз в городе. Мелерт нам поможет. Поехали быстрее, а то вдруг твоя невеста спохватится. Она точно за тобой шпионит! И обо всём докладывает Южному герцогу.

Дайн насупился и твёрдо заявил:

— Ты — моя невеста. А Эстель я брошу в тюрьму.

Сити чмокнула его в щёку:

— Подожди, я сейчас вернусь. Только позову Мелерта и надену капор.

И она убежала. Дайн облизнулся. Очень хотелось пить. Было просто ужасно страшно и хотелось вернуться домой. Если уж поднимать полки, то лучше завтра утром, но его экипаж почему-то уже уехал — видимо, кучер решил, что король на ночь останется у Западного герцога.

Дайн сначала разозлился, а потом подумал: наверное, это даже хорошо. Наверняка кучер был человеком Ширана. Вдруг ещё доложит герцогу?

Но как же пить-то хочется!

Мальчик огляделся, увидел питьевой фонтан, в котором купался голубь, прогнал птицу и принялся жадно пить холодную воду, мягкой струйкой забавно защекотавшую язык и гортань.

Паровоз пыхтел, длинный шлейф чёрного дыма заставлял провожающих кашлять. Елисель ругалась, Ирис смотрела на неё и чувствовала, как разрывается сердце. У неё не осталось больше никого, на кого можно безусловно положиться, у кого нет за спиной спрятанного камня. У Баэрда, стоявшего в трёх шагах от них, камня не было, он сам был этим камнем. Не друг, а тюремщик.

— Вы как несёте?! — заорала Лися, бросаясь к грузчикам. — Ты ребёнка так своего неси, вверх ногами, а это — мотор, йотпа тебя сожри! Его надо нежно!

Третий гудок. Ирис стиснула пальцы. Елисель подошла, наклонилась и обняла её.

— Скоро свидимся. Не скучай.

Ирис ткнулась в её плечо, вдохнула какой-то неприятный запах. Керосин? Масло?

— Да.

Обхватила тонкие плечи подруги и улыбнулась:

— Как долетишь до солнца — помаши рукой.

— Солнце — это газовый шар… — начала было Елисель и запнулась, осознав шутку. — Да, конечно. Помашу.

Чмокнула принцессу в щёку и бросилась догонять поезд, уже застучавший по рельсам, заскочила в распахнутую дверь вагона, выглянула и замахала рукой. Ветер сорвал с её стриженной головы шляпку.

— Бард! Береги её! Не позволяй…

Но дальнейшее исчезло в грохоте и свистках. Ирис вынула из ридикюля платок, вытерла глаза.

— Хотите ещё погулять? — вежливо осведомился Баэрд.

Принцесса оглянулась на него. «Ну да. Такая очаровательная прогулка по кофейням в сопровождении двадцати хмурых гвардейцев!»

— Благодарю. Я хочу спать.

И поплакать. А ещё почитать «Теорию демонологии» Харта Буэрви. Вчера у Ирис получилось зажечь свечку. Всё дело было лишь в создании напряжения между материальным миром и миром силы, ничего сложного. Зато эффектно. Жаль, что крылья раскрывать самой так и не удавалось. Ночью Ширан снова бросал её с высоты, и тогда они распахнулись, но вот так, чтобы просто взял и открыл…

«Я бы полетела к Эйву, — думала Ирис, пока её погружали в фаэтон, убирали коляску, укутывали ноги пледом. — Я бы уговорила его не воевать. Жизнь пятерых человек не стоит смертей сотен людей». Она думала о Ширане. Впервые — без страха или обиды. Душу накрыло какое-то странное спокойствие, отчасти объяснимое усталостью.

Демоны склонны к ненависти. Демоны до крайности свободолюбивы, а потому такие чувства, как привязанность или любовь, воспринимаются ими как зависимость.