Книга Цена любви и мести 2, страница 12 – Анастасия Разумовская

Она вернулась и позвонила в звонок. Открывший двери консьерж ничем не выразил своего изумления. Ирис поднялась по лестнице и замерла перед тремя дверями на площадке. Какая из них в комнату Лисы? Не прямо, точно нет…

Налево или направо?

Голова гудела, в ней как будто что-то взрывалось. Ирис закрыла лицо руками и попыталась вспомнить. Думать было больно.

— Правильная та, где дверь не закрыта изнутри, — наконец сообразила она и потянула за дверную ручку. Ту, что справа.

Дверь открылась. Внутри было темно и тепло. Ирис вошла и замерла. Что-то было не так, не то, но… Она замерла. Нет, это точно не квартира Елисель…

— Давай, давай смелее! Не стесняйся, — крикнули изнутри.

Голос оказался знакомым. Кьярваль? Но… что принц делает в доходном доме? И как он увидел её? Однако присутствие жениха разом снимало неудобные вопросы. Ирис выдохнула и поспешила на голос.

В коридор, выстланный мягким ковром, падал золотистый свет. Ирис прошла и замерла у дверной арки освещённой комнаты. Она не сразу поняла, сколько там находится человек и чем именно они занимаются.

Спиной к ней, а точнее полубоком стоял по пояс обнажённый мужчина, и вдоль его сутулой спины вилась тонкая косичка белых волос. Мужчина запрокинул голову и хрипло, тяжело дышал. Перед ним на коленях раскачивалась девушка, чьи груди, полностью обнажённые, шлёпали в такт движениям, а лицо упиралось стоящему в пах. А позади девушки, задрав её лёгкие юбки, преклонил колени Кьярваль. Его пальцы впивались в её бёдра, и характерные движения, сопровождавшиеся хлюпаньем, невозможно было перепутать. Наследник ирбисов вспотел, раскраснелся и двигался так яростно, что Ирис испуганно замерла у порога.

Надо было убегать со всех ног, но она не в силах была двинуться. Вот так… значит, со стороны это выглядит вот так… Было во всём этой что-то отчаянно страшное, безобразное и в то же время притягательное.

— Давай, давай, малышка, — хрипел Кьярваль.

Схватил золотистые локоны, натянул на себя. Девушка прогнулась, словно лук.

Белокосый зарычал и вздрогнул бёдрами. Застонал. Ирис залилась краской, разом вспомнив, как Ширан сидел перед нею, расставив ноги, а она… она… Сделала шаг назад и закрыла пальцами глаза.

— Ты уже? — весело уточнил Кьярваль. — Скорострел ты, Адр. Или губки так хороши?

— Да так, — отозвался тот, — ничего особенного.

Кьярваль рассмеялся:

— Ты плохо старалась, малышка. Моему другу не понравилось. И за это мы тебя накажем.

«Но ты, девочка, не старалась. Я знаю, что ты можешь лучше. За небрежение тебя следовало бы наказать плетьми на конюшне»— прошептал Ирис на ухо голос, который она не хотела больше никогда в жизни слышать. Принцесса вздрогнула и развела пальцы, снова взглянув на ужасную картину.

Распутница стояла на коленях, и Кьярваль по-прежнему дёргался, вот только его руки лежали уже не на бёдрах. Они схватили и смяли белые груди, прижимая девицу спиной к себе. Лицо несчастной было красно и зарёванно. Она кусала губы, сжимала бёдра мучителя, отведя руки назад. И всё тело — красивое, точно скрипка — вздрагивало от толчков принца.

Ирис сглотнула.

— Как мы будем её наказывать? — деловито поинтересовался Адр, спуская штаны.

— А как наказывают маленьких девочек. Ремнём. По жопе. Что, милая, хочешь ремнём?

— Пожалуйста, — захныкала девица. Её волосы золотистой сеткой облепили лицо.