Книга Цена любви и мести 2, страница 107 – Анастасия Разумовская

В глазах похитителя возник интерес.

— Почему вы так решили?

— Наверное, потому, что люди принца Эйва не стали бы рисковать здоровьем малыша, прикладывая платок с хлороформом к носу его матери. А других заинтересованных в моей персоне лиц я не знаю. Мне хочется пить. И голова болит просто неимоверно. Давайте я пообещаю, что часов восемь сбегать не буду, вы меня развяжете, и я смогу выспаться. А ещё вы принесёте мне горячего чаю.

Он кивнул и вышел. Вернулся с двумя стаканами. Поставил их на столик, развязал руки пленнице. Елисель хмыкнула, принялась растирать затёкшие запястья.

— Как вы поняли, что мы едем на юг? — заинтересованно спросил мужчина, развязывая ноги девушки. — За окном ночь, солнца нет.

На какой-то миг у Елисель возникло страстное желание ударить ему ногой в нос, но девушка справилась с искушением.

— Звёзды, мой друг. А вернее — созвездия.

— Вы владеете астрономией?

Он сел напротив неё и взял один из стаканов с чаем. Елисель задумалась: а точно ли надо было девичьему вору знать такие подробности? «Тщеславие меня когда-нибудь погубит», — подумала с досадой. Дёрнула плечом.

— Вы задаёте вопросы, не отвечая на мой.

— Мы пересечём границу не на поезде.

— Пешком?

— На лошадях.

Ну да. Самый простой вариант. Как она сама не догадалась? Впрочем, ядовитые испарения не очень благотворно действуют на мозг, это общеизвестно. Удивительно, что ребёнок, судя по всему, ещё жив, а то ведь… Но это уже особенности строения эльфов, видимо, сыграли.

Елисель взяла свой стакан в серебряном подстаканнике и с наслаждением отхлебнула душистый напиток. Квок — особый вид чая, который подают в мурсийских поездах. Ну что ж, она права. Это радует.

— Да, я изучала астрономию в университете, — ответила Лися, зажмурившись от удовольствия.

Ответ был очевиден. Похититель и сам мог догадаться по её прежней оговорке. Зато честность вызывает расположение собеседника, а расположение… О! оно может сыграть решающую роль.

Елисель прикинула сроки. Университет она закрыла часов в девять или ближе к десяти вечера. Пары хлороформа действуют недолго. Значит, похищенная всё ещё рядом со Снежным городом, и, значит, это поезд, который отправляется… Девушка напрягла память, вспоминая расписание поездов. Память Елисель подводила редко, а вернее — никогда. Раз увиденное прочно оседало в ней, и Лися активно пользовалось этой особенностью, когда учила конспекты.

Низкое строение с белыми колоннами. Большая афиша с паровозом, выпускающим клубы серого дыма и радостными пассажирами, выглядывающими из окон. Чёткий шрифт чёрными буквами.

Ночью в направлении Мурсии шли три поезда: сообщение между Барсовым королевством северным и западным герцогствами было очень активным из-за обширной торговли. Но один из поездов отбывал в 9.10, и вряд ли они бы на него успели, а третий слишком поздно — в 2.45. К этому времени хлороформ бы успел выветриться. Значит, это был поезд, идущий к Варгову озеру. Он отправлялся в 11.55 вечера.

Елисель покосилась на спутника:

— Как вас зовут? Вы можете назваться вымышленным именем, мне всё равно. Но как-то же нужно обращаться.

— Баэрд.

Имя не было незнакомо — о парне не раз рассказывала Ирис. Верный пёс герцога, но где-то очень в глубине души — добрый парень. Елисель задумчиво посмотрела в серые глаза.