Книга За секунду до любви, страница 236 – Вирсавия Вайс

— Твою мать. — Заглянув в узкую щель, выругался. Человек десять охраны, машина скорой с распахнутыми настежь дверями и три навороченных внедорожника. Как минимум человек пятнадцать.

В принципе, уложить их — дело пятнадцати минут, максимум получаса, но… Если бы от этого не зависела её жизнь. У меня не было и грамма уверенности в том, что первый же крик или выстрел не запустит «эффект домино» и они тупо либо используют её, как гарантию своей безопасности, либо сольют сразу же. Как балласт, чтобы уйти. То, что при любых раскладах они её живой не выпустят, как и Зимина, было понятно сразу же. А четверть часа назад стало уже доказанной аксиомой, когда прибывший в Рублёво сапёр обнаружил кирпич С-4 под крылом его внедорожника, и не просто под одним. Каждая тачка, стоящая в гараже, была нашпигована им, как рождественский гусь яблоками. Так, чтобы наверняка. Они уже списали и Зимина, и Стеф. А это говорило только о том, что им уже нечего терять, и они тупо убирают всех, кто может знать хоть что-то. И меня в том числе.

И в этом я был уверен. Что-то ещё тогда, в загсе мне показалось смутно знакомым, но… Слишком мимолётно, по касательной, и мне было никак не ухватить эту мысль.

— Да ну на хер… — сквозь зубы прошипел я.

Я подумаю об этом потом, не сейчас, когда каждый шаг, как по заминированному полю. Но мысль не давала покоя, выламывая мозг, высверливая в нём чёрную дыру, поглощающую все другие мысли. Что было не так? Какой-то знакомый до боли жест. Развернувшись спиной к рифлёнке, закрыл глаза и запрокинул голову.

— Лейтенант МакГрегор… МакФерсон… Не то... Ни хера не то... Дональд… твою мааать… — меня словно кипятком окатило.

Ирак. Шесть лет назад. Группа американских журналюг, у которых бегущей строкой на лбу было написано, что ЦРУшники. Лейтенант Дональд Сандлер. Больной ублюдок, обожающий насиловать женщин, снимая это на видеокамеру. Его странное движение головой после ранения в шею, чуть вбок и вверх, я ещё тогда сравнил его со штабс-капитаном Овечкиным. Вот оно! Вот он, тот пазл. Никакой это не Арсений Сидорчкук. Это лейтенант ЦРУ Дональд Сандлер. И теперь всё стало на свои места, открыв всю картинку. Они убьют её. Если она ещё не мертва…

Тишину нарушил грохот открывшейся со всей силы двери, ударившейся об стену дома. Подскочив, я развернулся, заглядывая в щель между профлистами. Из дома вышел…

— Охереть! — А вот к этому я был просто вообще не готов. Капитан Говард Блеквуд собственной персоной. Легенда американской военной контрразведки. И если он был здесь, значит это не просто пиздец, это полный пиздец. Стоимость дневника Зиминой только что пробила потолок, взлетев тупо в стратосферу. Значит там все. Не просто все агенты, а ВСЕ! Вся агентурная сеть от мелких сошек до тех, кто на самом верху.

Тишину ночи, плотную и мертвую, разорвал ад.

Сперва — не оглушительный грохот, а низкий, тяжелый удар, будто земля под ногами вздохнула и прогнулась. Потом уже к нему добавился грохот — чудовищный, сокрушительный. Из окон одноэтажного особняка в глубине участка вырвались не просто языки пламени, а целая река огня, смешанная с клубами черного дыма. Стекла вылетели разом, осыпая жухлую, припорошенную снегом траву и асфальт тысячами осколков, звенящих, как дьявольский дождь. Волна горячего воздуха ударила мне в лицо даже сквозь забор, заставив отшатнуться.