Книга Хрупкое счастье понедельника, страница 143 – Дэни Аткинс

Алекс выпрямился и взъерошил волосы сына, понимая: только что он мог упустить очень важную возможность. Он подумал, можно ли еще повернуть разговор в другом направлении, когда снова раздался звонок в дверь. Он вздохнул, готовясь к новой перепалке с соседом, который, наверное, вспомнил еще какую-нибудь обиду.

— Да, Гордон? – спросил он, распахнув дверь, и обнаружил, что на этот раз на его пороге стоит не Гордон, а почтальон.

Улыбка на губах Алекса стала более искренней.

— У меня тут в ваш почтовый ящик все не влезет, – бодро объявил почтальон, передавая целую охапку почты.

— Спасибо! – ответил Алекс, принимая эту передачу с большей охотой, чем предыдущую.

Он стоял на коврике перед дверью, просматривая почту. По большей части это были счета или рекламные проспекты, за исключением послания, оказавшегося в самом низу стопки. «Вот так всегда – стоит тебе снова начать жить, собирая себя по кусочкам, как одно-единственное дурацкое, сгенерированное компьютером послание снова отправляет тебя в бездну скорби», – подумал он.

Сколько лет должно пройти, чтобы письмо, адресованное Лизе, не отзывалось в нем резкой болью, словно от удара ножом в живот? И это была не какая-нибудь старая рекламная листовка. Разве никто в организации не знал о произошедшем? Должен же был кто-то сообщить им о трагедии, произошедшей с одним из основных докладчиков по пути на это же самое мероприятие год назад? Он с горечью уставился на цветастое приглашение, не подозревая, что Коннор разглядывает его с интересом.

— Что это? – спросил он у Алекса, не сводя глаз с потрясающего изображения солнечного затмения, которое организаторы решили использовать в этом году для рекламы своего мероприятия.

— Ерунда, – ответил Алекс, морщась от боли при виде открытки, приглашавшей его погибшую жену на ежегодную Астрономическую выставку. – Просто реклама…

Он смял кусочек картона одной рукой и швырнул его в мусорную корзину.

Если бы он знал, как все обернется, то лучше бы этого не делал.

Держать его за руку казалось так естественно. Хотя его хватка была чересчур крепкой, словно он боялся меня потерять. Я поклялась, что этого никогда не случится.

— Тебе весело?

Коннор робко улыбнулся. Он не был уверен, что это вообще разрешено, не говоря уже о том, чтобы самому признаться в этом.

— Думаю, да, – осторожно ответил он.

Пока и этого было достаточно.

— Что хочешь делать дальше?

Он поглядел по сторонам, не задержав взгляда ни на машинках, которые бы, уверена, выбрали все дети в моем классе, ни на причудливой карусели, кружившей под завлекающую музыку.

— Не знаю.

Несмотря на предчувствие приближающегося снегопада, в парке аттракционов было на удивление людно. Это было популярное место отдыха во время февральских каникул, хотя я и не планировала здесь быть.

Ветер был кусачий, и я дрожала, несмотря на толстое пальто и пышный шерстяной шарф. Эффект выпитого утром парацетамола постепенно ослабевал, и начала возвращаться мстительная боль. Подхватить болячку на каникулах – вот и все, что нужно знать о моей везучести.

Я бы ответила сегодня отказом, зная, что Алекс не оценит, если я заражу простудой или гриппом его или Коннора. Но вчера он позвонил в таком отчаянии, что я не могла и подумать о том, чтобы отказать.