Книга Беглая целительница для дракона, страница 126 – Виктория Серебрянская

Она не ответила. Не вздрогнула, не всхлипнула, не забормотала свои вечные оправдания. И это показалось мне странным. Кое-как приподняв голову, я сумела рассмотреть, что ее голова лежала у меня на груди под неестественным углом. Нехорошее предчувствие подстегнуло и без того работавшее на пределе сердце…

— Арман... — хрипло позвала я, голос дрожал от жуткого осознания. — Арман, она мертва! Кажется, Марта мертва…

— Что ты несешь? — тут же раздался из темноты раздраженный голос аристократа, сорвавшийся на фальцет. — Хватит... хватит пугать меня! Марта! Вставай!

Я услышала возню, почувствовала, как он хватает тело бывшей камеристки за плечо и дергает на себя. Тяжелая туша тут же сползла с меня, и я, наконец, смогла вдохнуть полной грудью, хотя воздух был пропитан едким запахом лампового масла. В свете вспыхнувшего в карете крошечного колдовского огонька, вызванного, видимо, Арманом, я сумела рассмотреть ту, что предала меня. Смерть, по всей видимости, была мгновенной: при ударе Марту просто швырнуло вперед, и хрупкая шея камеристки не выдержала.

В этот момент дверь кареты, оказавшаяся теперь над головой, со скрипом и скрежетом поддалась. Внутрь хлынул поток холодного воздуха, ледяной крошки и ослепительно-белого вихря. В проеме на фоне ночного неба призраком возникло обледенелое лицо охранника.

— Эй! Живые есть?! Милорд де Вер! Вы живы?! — прокричал он, пытаясь перекрыть гул бури. — Карета сломана, ось в щепки! Лошади пали! Кучера мы не нашли — его просто сдуло в овраг! До портала не дойти — снег выше пояса, и не видать ни зги! Если сейчас не найдем укрытие, до рассвета не доживет никто!

Арман, все еще сжимавший в руках безвольное тело Марты, задрал голову вверх. Свет магического факела в руке охранника выхватил его лицо: серое, перекошенное, с бегающими глазами. Он посмотрел на мертвую камеристку, чья голова безвольно откинулась назад, и с криком отвращения оттолкнул ее от себя. Я вовремя успела отпрянуть, вжимаясь в сидение. Тело Марты глухо шлепнулось на бархатную обивку рядом со мной. А де Вер начал карабкаться вверх, к выходу.

Мне стало жутко. Неужели этот… лорд бросит меня здесь беспомощную и связанную? У нас и так мало шансов уцелеть. А со связанными руками я замерзну насмерть в течение часа!..

— Развяжи меня, Арман! — крикнула я, перекрывая ветер. — Развяжи сейчас же! Твоя Марта уже отлеталась! И я буду следующей, если не смогу действовать руками! Слышишь, что он говорит? Нас заметет!

Де Вер обернулся ко мне. В тусклом свете магического факела я увидела его лицо. Маска столичного аристократа окончательно сползла, обнажив первобытный, неописуемый страх человека, который понял: Север не берет взяток. Он посмотрел на мои связанные руки, потом на бушующую за дверью мглу, и его губы мелко задрожали.

Для меня навсегда так и осталось загадкой, как бы Арман поступил: освободил бы меня или бросил беззащитную погибать от холода. Потому что в этот миг, перекрывая яростный рев метели и треск истерзанного дерева кареты, из ледяного мрака снаружи донесся звук, от которого кровь застыла в жилах. И это был не вой ветра.

Сухой скрежет костей, трущихся друг о друга, перекрывал даже завывания метели. Низкий, потусторонний вой очень быстро перешел в высокий, вибрирующий визг, пробирающий до самых костей. Звук нарастал, множился, отражаясь от невидимых стен оврага, пока не превратился в слитный хор голодного, потустороннего торжества. И увы, он был уже хорошо мне знаком. Это твари учуяли нас в снежной ловушке. Судя по долетающим звукам, они уже кружили вокруг, стягивая кольцо, и их было много. Очень много.