Книга Поезд в страшную сказку, страница 76 – Татьяна Луковская

— Левонтий Александрович, а как вы сюда от станции добирались? — осторожно спросила Варя, понимая, что долго не сможет уснуть от распиравшего тревожного любопытства.

— Я на станции не был, — огорошил ее своим ответом Потехин.

— Как не были? — села Варя, кутаясь в тулупе. — Вы разве не от станции шли?

— Нет, — он тоже сел, потирая ладонями щеки, словно умываясь. — Половой, шкура, сказал уж под утро. Поезд далеко отъехал.

Он замолчал, Варя тоже ничего не говорила, ожидая продолжения рассказа.

— Станция — дыра, зачем вам на ней сходить, — снова заговорил Потехин, — что там делать? Явно, куда-то дальше рванете, но как узнать? Я к проводнику третьего вагона. Говорю: «Не знаешь, куда дальше сошедшие барышни ехать собирались и с кем?» Он мне, мол, с ними два господина были — одни в форме инженера, другой постарше, пухлый такой, а горничную оставили. Я в купе стучать. Она не сразу открыла, спросонья ничего разобрать не может, еле добился ответа: «От господина Филиппова на позапрошлой станции телеграмма пришла, что нужно сходить. Господин Филиппов послал людей дочь в дороге встретить, а потом куда-то отвезти». Я ей: «Куда?», а она не помнит, что-то нижнее в названии и про тянуть. «Нижние Тяглы?» Кивает — да. Тут меня пот и прошиб. Нижние Тяглы!

— А что такого в Нижних Тяглах? — не поняла его тревоги Варя.

— А Нижние Тяглы, Варвара Тихоновна, — Потехин придвинулся ближе к пламени, и Варя заметила каким лихорадочным блеском горят его карие глаза, — это поселок старателей, понимаете?

— Нет, — совсем тихо отозвалась она.

— Ста-ра-те-лей, — снова повторил он для плохо соображавшей особы. — Этот поселок обитаем только летом, когда золото моют, зимой там никто не живет. Зачем Филиппову родную дочь, если она и впрямь его дочь, тянуть в поселок старателей?

— И церкви там нет? — уже зная ответ, все же спросила Варя.

— Часовня есть.

— И это местные все знают?

— Конечно, — кивнул он излишне резко.

— Но тогда выходит — Менкель в сговоре с каюром! — дошло до Вари.

— И покойный горный инженер, если он действительно инженер, тоже. Куда он вез невесту венчаться? В глухую тайгу?

— Но зачем тогда его убили? — не укладывалась в голове обрушившаяся лавиной информация. — Если он их сообщник, зачем его убивать?

— Да мало ли. Делиться барышом не хотели, изначально готовили на роль приманки, а потом убрали, заметили, что он начал свою игру вести, из-под контроля вышел, так тоже бывает — причин может быть сколько угодно.

— И этот Менкель про больную спину соврал, чтобы на него подозрение не легло, — наконец дошло до Вари, — а, значит, он вполне мог меня тогда выкинуть из вагона, чтобы компаньонка под ногами не мешалась, лишней мороки не было.

Стало снова холодно даже под тулупом.

— А ведь я просил тебя, Варя, как я тебя просил быть осмотрительней, — от волнения Потехин отказался от напыщенного «вы», — я просто хотел, чтобы ты берегла себя, а ты распсиховалась на пустом месте, наорала на меня, я вообще ничего не понял. Как с вами, женщинами, тяжело бывает, — он снова потер небритые щеки.

— Простите меня, — виновато прошептала Варя, — я не думала, что за богатыми наследницами может вестись такая изощренная охота.

— Это край безголовых авантюристов, алчных дельцов и каторжников. Здесь и не такое бывает. Здесь люди пропадают бесследно.