Книга Леди северного сияния, страница 66 – Людмила Вовченко

Медленно. — Вот почему Кайран смотрит на тебя как на спасение и приговор одновременно. Кайран сделал шаг. — Хватит. — Нет. Я ждал этого разговора двадцать лет. Ты подождёшь несколько минут. — Ты убил моего отца. — Твой отец был слаб. — Ты убил его. — Я ускорил неизбежное. Кайран двинулся вперёд. Лада схватила его за руку. Сильно. До боли. — Нет. Он остановился. Рагнар смотрел на них с удовольствием. — Хорошая жена. Держит поводья. — Плохой родственник, — сказала Лада. — Всё ещё думает, что провокации работают, если произносить их красиво. Его взгляд стал холоднее. — Ты понимаешь, во что влезла? — Да. В семейный ад, замаскированный под морскую торговлю. — Я мог бы предложить тебе место. Кайран тихо сказал — Осторожно. Лада даже не повернулась. — Мне? — Да. Ты умна. Не благородна по крови, но это даже полезно. Такие люди лучше понимают настоящую цену власти. — Благодарю. Но я уже замужем за мужчиной с островом, замком, гнилыми кладовыми и ужасным характером. Второй проблемный пакет мне не нужен. Сольвей неожиданно фыркнула. Кайран не шелохнулся, но Лада знала: услышал. Рагнар перестал улыбаться. — Ты думаешь, выиграла? — Нет. Я думаю, вы слишком долго считали людей функциями. Эйвора — страх. Вельмар — жадность. Арвик — обида. Ингар — алчность. Сольвей — слабость. Кайран — вина. А люди, знаете ли, имеют дурную привычку становиться больше своих слабостей. — Красивые слова. — Практичные. Вы проиграли именно на этом. Рагнар резко поднял руку. Один из его людей сорвал кляп с Мейры и приставил нож к её боку. — Ещё шаг — она умрёт. Мейра плакала молча. Лада смотрела на неё. И думала только об одном: Хрод должен уже быть под аркой. Должен. Иначе они все действительно очень красиво проиграют. Рагнар повернулся к Кайрану. — Книги у меня. Не все. Самые важные. Те, где имена материковых покупателей. Те, где твой род утонет окончательно, если их увидят не те люди. — Я сам отдам их суду. — Конечно. Ты же благородный. Поэтому тебя легко обыгрывать. — Не теперь, — сказала Сольвей. Рагнар перевёл взгляд на неё. — Что? — Не теперь. Потому что теперь он не один. В этот момент за аркой в темноте мелькнуло движение. Очень слабое. Почти невидимое. Но Лада увидела. Хрод. Рагнар тоже что-то почувствовал. Он резко обернулся. — Кто там? Кайран сделал шаг вперёд. — Я.Рагнар повернулся обратно. И в эту секунду Лада поняла: сейчас. Она схватила Сольвей за плечо и толкнула вниз. — Ложись! Кайран рванулся к Рагнару. Снизу, из-под арки, взлетела сеть. Рыбацкая. Тяжёлая. Мокрая. С грузилами. Она накрыла двух людей у Мейры и сбила их с ног. Хрод выскочил из темноты с тремя рыбаками, будто сам родился из воды и злости. Рагнар выхватил пистоль. Не в Кайрана. В Ладу. Она увидела это слишком ясно. Дуло. Чёрный круг. Спокойные глаза. И вдруг между ними оказался Кайран. Снова. Всегда. Выстрел ударил по рифам громом. Лада оглохла на секунду. Кайран пошатнулся. Мир остановился. — Нет! Она не поняла, кто закричал. Сольвей. Она сама. Обе. Кайран упал на одно колено, но не рухнул. Пуля ушла в бок, задев ребро, не сердце. Не сердце. Слава всем двум лунам, не сердце. Рагнар не успел выстрелить второй раз. Сольвей подняла с земли камень и ударила его по руке. Жест не был красивым.

Не был благородным. Зато был точным. Пистоль упал. Кайран, раненный, всё равно бросился вперёд и сбил Рагнара с ног. Они покатились по мокрому камню. Лада рванулась к ним. Хрод уже бежал. Море ударило в рифы. Вода взлетела стеной. На миг всё исчезло в брызгах. Когда вода отступила, Рагнар лежал у края, наполовину свесившись над чёрной расселиной между скалами. Кайран держал его за ворот. Кровь текла по боку. Лицо серое. Но рука держала крепко. — Отпусти, — сказал Рагнар. Хрипло. Почти с улыбкой. — Не дождёшься. — Благородный до конца. — Нет, — сказал Кайран. — Злой. И рывком вытащил его обратно на камень. Хрод и люди тут же скрутили Рагнара. Лада бросилась к Кайрану. — Покажи. — Потом. — Я сейчас сама тебя добью. — Тогда подожди, пока перевяжешь. — Ненавижу тебя. — Нет. — Не спорь с раненой женой. — Ты не ранена. — У меня моральная травма. Он вдруг улыбнулся. Слабее обычного. Но живо. — Это серьёзно? — Очень. Лечится послушным мужем. — Попробую. — Не верю. — Правильно. Она прижала ткань к его боку, и руки всё-таки задрожали. Теперь уже можно было. Чуть-чуть. Кайран накрыл её пальцы своей ладонью. — Я жив. — Пока. — Лада. Она подняла на него глаза. — Если ты ещё раз закроешь меня собой... — Закрою. — Я знала, что ты это скажешь. — Тогда зачем предупреждать? — Чтобы потом бить с чистой совестью. Он тихо рассмеялся и закашлялся от боли. Лада побледнела. — Не смей смеяться, когда у тебя дырка в боку. — Постараюсь страдать достойно. — Не получится. Сольвей рядом помогала развязать Мейру. Девушка-служанка рыдала, целуя руки сначала Сольвей, потом Хрода, потом почему-то край плаща Лады, пока та не велела ей прекратить и дышать. Рагнар стоял на коленях в сетях, связанный, мокрый, злой. Но больше не хозяин. Просто старик с хриплым голосом, который слишком долго принимал чужую боль за право на власть. Он смотрел на Кайрана. Потом на Сольвей. Потом на Ладу. — Думаете, всё закончилось? Лада посмотрела на него устало. — Нет. Теперь начнётся самое скучное для вас: документы, суд, свидетели и люди, которые будут говорить правду долго, подробно и без вашего драматического освещения. Хрод довольно хмыкнул. Кайран закрыл глаза. — Заберите его. Рагнара повели. Он не кричал. Не проклинал. Только на мгновение, проходя мимо Сольвей, сказал — Ты всё равно дочь слабого дома. Сольвей побледнела. Но ответила сразу — Нет. Я дочь дома, который выжил после вас. Лада с трудом удержалась, чтобы не обнять её прямо там. Потом всё завертелось быстро. Люди. Повязки. Кровь. Мокрые сети. Крики у арки. Найденные книги в водонепроницаемом ящике под камнем. Мейра, которая знала ещё больше, чем Рианна, потому что двенадцать лет была ушами Рагнара рядом с Эйворой и последние месяцы пыталась вырваться. И Кайран, который упрямо пытался стоять, пока Лада не сказала очень тихо — Сядь. Или я всем расскажу, что ты слушаешься меня только в постели. Хрод подавился воздухом. Сольвей закрыла лицо руками. Кайран сел. Мгновенно. Лада кивнула. — Вот. Педагогика. — Я отомщу, — сказал он. — Жду с интересом. За их спинами западные рифы шумели, принимая прилив. Мора и Лель поднимались выше. Северное сияние вспыхнуло над морем неожиданно ярко, будто кто-то разрезал небо зелёным огнём.