Книга Загадочное происшествие в Мидлшире, страница 55 – Дарья Эпштейн

— Ты можешь взять выходной, — предложила она. — Ты не поверишь, но здесь есть прекрасный СПА-центр. Мы могли бы туда сходить, немного расслабиться, восстановиться…

— Боги, Эмма, если ты хочешь в СПА, просто так и скажи. Один день или вечер я прекрасно обойдусь без тебя. — Тут он все-таки посмотрел на нее и сказал уже мягче: — Ты права, я совсем тебя загонял. Решено — завтра не приходи. Только скажи ребятам об изменениях и пришли ко мне Уилкса.

Это было совсем не то, на что Эмма рассчитывала. Она попыталась возразить, но Стивен остался непреклонен. Если бы он не был так погружен в работу, то заметил бы, как обиженно сжались ее губы, когда она покидала замок.

Убедившись, что Эмма ушла, Стивен откинулся на спинку кушетки и закрыл глаза. Сейчас он мог признаться себе, что его помощница была права. После лесных приключений он все еще чувствовал себя довольно странно. Галлюцинации не возвращались, и даже головные боли отступили, но мир вокруг выглядел не совсем реальным. Он как будто резко проснулся и теперь сидел в кровати, пытаясь отличить явь от недавнего сна. Но сколько бы он ни старался, это состояние не проходило. Стивен завис между двумя мирами и никак не мог вернуться ни в один из них. Возможно, именно с этого и начиналось устойчивое безумие. Он прочел эту мысль в странных светло-синих глазах детектива Бригз. Она казалась невозмутимой и записала все, что он сказал, даже то, что было откровенным бредом. Потом ровным голосом спросила, не наблюдался ли он у психиатра и не употреблял ли какие-либо вещества. Когда он ответил отрицательно, детектив Бригз только кивнула. Все время их разговора Стивен боялся взглянуть на нее напрямую, фиксируя взгляд не выше ее шеи и подбородка или вовсе устремив его в пол. Но в тот момент он вдруг встретился с ней глазами, и она не успела спрятать их выражение. В них было сочувствие, жалость и что-то еще, более жесткое, но Стивен так и не сумел понять, что именно.

Они едва успели поговорить, как к нему ворвалась Эмма. Вот уж кто был перепуган и даже этого не скрывал! Ему даже пришлось повысить голос, чего он никогда прежде не делал. Да, они работали вместе уже долгое время, и Стивен мог сказать, что в какой-то мере они были друзьями, но все-таки он не ожидал от нее таких бурных эмоций. Когда ему удалось уверить ее, что все в порядке и он действительно все еще жив, пришел тот, кого Стивен ждал и опасался больше всего — доктор Хэддок. Он не поставил ему диагноз, но взял пять пробирок крови и посоветовал в ближайшие дни не напрягаться и не нервничать.

Для Стивена это были две несовместимые крайности. Если он работал, то вкладывал в работу всего себя, и это было огромное напряжение. А если он этого не делал, то начинал нервничать. Тем более что в отсутствие работы в голове всплывали странные воспоминания и мысли, от которых он нервничал только больше.

Более-менее придя в себя, он потребовал к себе Эмму и нырнул в нелегкую магию кино. Но в этот раз панацея не сработала. Лицо сбитого мальчика и его огромные и черные, как дыры, глаза вставали перед ним снова и снова. А он даже не знал, реальны они или нет.

Его вывело из задумчивости легкое деликатное покашливание. Стивен встрепенулся и открыл глаза. В гостиной стоял Джон Стеттон.