Книга Если вы меня слышите. Книга 1, страница 42 – Елена Михалкова

Например, что тебя за целый день ни разу не ударили.

Или что у Рудного расстроился желудок и из сортира после него вонища – аж глаза режет.

Как-то Саня признался Макару:

— Я однажды подслушал разговор мамы и бабушки. Мама жаловалась, что они с папой пытались завести второго ребенка, но не получилось. Бабушка ее утешала. И я так разволновался! – Он криво усмехнулся, но Илюшин слушал без улыбки. – Такое чувство было, словно меня хотели заменить на какого-то другого мальчика, просто не получилось.

— А точно мальчика? Может, они девочку хотели?

Саня покачал головой:

— Мама говорила, что папа мечтал о втором парне.

— Это ты зря, – сказал Макар. – Круто же, когда братики-сестрички. Мои-то все вместе с мамой…

Он осекся, уставился в пустой угол и через некоторое время ушел на свою койку.

Гена прислушивался к их разговорам, но участия не принимал. Зато иногда заводил свои собственные рассказы о прошлом. Были они почти так же неразборчивы, как выступления Чумы. Слушать Рудного было совсем неинтересно. Коровы, дядька, водка, бабы… Скабрезные подробности Гена вываливал в большом количестве, но они были так однообразны, что эта часть его историй быстро потеряла всякую притягательность.

Он был мало чувствителен к боли. Про их заключение в подвале говорил так: «Работать не заставляют – и ладно!» Симонцев, каждый день убивавшийся наверху под присмотром Чумы, долго не мог понять, что это значит, пока Макар не разъяснил, что домашний труд сильно отличается от работы в крестьянском хозяйстве.

— Кстати, у Кабана и свиньи есть, ты в курсе?

Свиньям суждено было сыграть важную роль в жизни Симонцева, но он об этом не догадывался. Даже известие о свинарнике стало для него новостью.

— Геныча туда гоняли как-то раз. Ген, сколько их там?

— Парочка! – отозвался Рудной. – Хряков нету, только свинки. Эх, дядька пятерых держал. Наверно, и щас держит.

Гена начал рассказывать, как они забивали свинью, но Симонцев перебил:

— Подожди, то есть тебя на улицу выводили? Зачем?

— Не на улицу. Во двор. Двор крытый, там свинарник. Чума обычно сам навоз убирает. А тогда руку зашиб, что-то у него в плече распухло… Я за него лопатой махал и корм им задавал.

— Чума рядом стоял?

— Не. Запер меня и в дом ушел. Жратву свиньям вынес.

— А вокруг что ты видел?

— Сарай, – непонимающе сказал Гена. – Что еще-то вокруг свиней бывает, сам как думаешь?

— Макар, тебя в свинарник гоняли?

— Не-а. Уж я бы там все рассмотрел, не сомневайся. А Гена свинью обихаживал, ему не до побегов было.

Рудной обиженно проворчал, что не обихаживал, а щеткой почистил, хрюшки такое любят… Но Макар и Симонцев его уже не слушали.

— Он его там одного оставил, въезжаешь? – возбужденно сказал Саня. – Этот сарай – он хорошо укреплен, как думаешь? Или можно доску вынуть и сбежать?

Об устройстве сараев у него было самое смутное представление.

— Доску ты, положим, не вынешь, она приколочена, – рассудительно сказал Илюшин. – Но вообще осмотреться бы там не мешало.

Эта возможность выпала раньше, чем они предполагали.

* * *

После того как Саня убедил Чуму в необходимости подсказок, жизнь его изменилась. Не только в том, что их меньше били. Отныне его не оставляла мысль, что с Чумой можно договориться.

Мама учила, что можно найти общий язык с кем угодно, даже с последним гопником из подворотни. Симонцеву никогда не приходило в голову спросить, как часто самой маме приходилось иметь дело с гопниками.