Книга Девичник, страница 97 – Сандра Блок

Трейвон: Получается, они не сочли нужным тратить на это время.

Шардай: Сто процентов. Можно еще рассказать про сокращение финансирования, нехватку кадров, невозможность установить факт изнасилования и…

Трейвон: Ее не насиловали.

Шардай: Я знаю. Просто хочу сказать, что это стандартная ситуация. Женщин никто не слушает. Тем более черных.

Трейвон: Я понял, о чем ты.

Шардай: А в нашем случае ее мало того, что не послушали, а вообще забыли, что она уже давала показания. Если бы Ли Джонс сама не явилась в полицию, копы так бы и не смогли раскрыть дело. А она пришла и сказала им: «Помните меня? Когда тот парень на меня напал, вам было наплевать. Слышала, теперь убили белую девушку?».

Трейвон (смеется): Прости, это все, конечно, не смешно.

Шардай: «Так ведь? Может, вам будет интересно еще раз услышать про ту жуткую татуировку с тремя шестерками?». (Дальше мужским голосом.) «Нет-нет, мы не придали никакого значения ее словам вовсе не потому, что она черная. Николь Уайт жила в другом округе – до него целых полмили».

Трейвон: Да, все так, – при условии, что это его рук дело.

Шардай: Сколько можно, Трей! У него же татуировка! ТАТУИРОВКА! Та-ту-и-ров-ка!

Трейвон: Ладно, ладно, ты права. Послушай теперь меня, хорошо? Если убрать татуировку, все остальное вообще не сходится, согласись. Давай вспомним, какие еще были улики.

Шардай (громко вздыхает): Валяй.

Трейвон: Есть слепок с отпечатка ботинок.

Шардай: Знаю, к чему ты клонишь.

Трейвон: И это не отпечаток Эрика Майерса.

Шардай: Да, однако…

Трейвон: У него даже размер другой!

Шардай: Ладно, след от ботинка не его. В том домике куча народа побывала. Подростки постоянно приходили туда выпить, покурить и т.п.

Трейвон: И?

Шардай: И-и-и… ничего удивительного, что следы не его. Кто только там не потоптался!

Трейвон: Просто с языка сняла! Используешь против меня мои же аргументы!

Шардай (смеется): …

Трейвон: Давай посмотрим, что еще нашли на месте преступления. Четыре сигаретных окурка, один использованный презерватив, один пакетик с остатками травки, шестнадцать пар следов, принадлежащих разным людям, две смятые банки из-под пива, одна разбитая бутылка и…

Шардай: Рог единорога? Чешуя дракона?..

Трейвон: Ха-ха, как смешно.

Шардай: Ладно, серьезно, что еще нашли копы?

Трейвон: Ничего. Вообще ничего! В том-то и дело! Ничто из перечисленного нельзя было привязать к Эрику Майерсу. На окурках не было его слюны, на бутылке не было его отпечатков, сперма в презервативе была не его. Следы тоже не его. Ни одного образца ДНК. Повторяю, не нашли НИ-ЧЕ-ГО.

Шардай: Да, здесь ты прав, признаю.

Трейвон: И как, черт возьми, это объяснить?

Шардай: Все просто, Трей, нельзя игнорировать очевидное. Все, что ты перечислил, имеет второстепенное значение по сравнению с главной и совершенно неоспоримой уликой. Уликой, которая, между прочим, могла бы спасти жизнь Николь Уайт и тех двух девушек, если бы копы прислушались к словам чернокожей женщины.

Трейвон: Да, да, понятно…

Шардай: Татуировка!

Октябрь

Джей, конечно, был не в восторге, однако все-таки согласился дать мне сумму, запрошенную Ли Джонс. Я долго осыпала его благодарностями и повторяла, как сильно он меня выручит.

— Я делаю это не столько для тебя, сколько для нее, – ворчливо ответил он.