Книга Несказочная история Кейт Мэтисон, страница 17 – Эва Гринерс

Но мне нужно было чем-то занять себя, пока я находилась в этом доме. В этот момент меня осенила идея. Я решила попросить у Эвана Мэтисона разрешения разбить небольшой палисадник из луговых цветов во дворе. Просто чтобы занять руки, да и голову. Даже если я покину этот дом, и не буду любоваться цветником потом — пусть будет.

Коляски доктора у ворот уже не было. Вернувшись в дом, я нашла отца в столовой у камина. Его семья расположилась тут же.

Эван Мэтисон выслушал меня и кивнул хмуро.

— Делай, что хочешь, — произнёс он небрежно. — Только не дури.

Я поблагодарила и вышла, а за спиной моей раздался смех сестёр.

— Кейт собралась возиться в земле, как простолюдинка! — визгливо засмеялась Беатрис.

— Да уж, хоть бы никто из соседей не увидел, — добавила Даффи, её голос звучал презрительно.

Дугальда тоже не смолчала:

— Ты видишь, какие странные идеи приходят в её голову? — сказала она, наверное обращаясь к супругу. — Говорю же: ненормальная!

Я удалилась достаточно далеко, и их голоса стихли, чему я была очень рада. Позже я подумаю о бале…или, может быть, о побеге…А пока что нужно было найти вазу или кувшин для моего букета.

Уже несколько дней по утрам ко мне приходила портниха Марта, чтобы шить платье для предстоящего бала.

Это была женщина средних лет, с лицом в мелких морщинках, с глазами, полными какой-то всеобъемлющей доброты. Марта являлась в комнату с утра, принося с собой коробки с тканью, кружевами, тесьмой и прочими необходимыми для работы материалами. Она приветливо кланялась, и тотчас же принималась за работу, одновременно болтая со мной легко и непринуждённо.

Марта была одной из немногих, кто не боялся задерживаться в моей комнате, несмотря на строгие наставления Дугальды — всегда можно было сослаться на работу с непослушным материалом.

Женщина с удовольствием рассказывала о жизни в деревне, о своих детях, внуках, и о том, как она научилась шить. Она признавалась, что только я одна из всех господ не грубила ей и не шпыняла, как это делали другие.

— Вы, мисс Кейтлин, — говорила Марта, аккуратно подшивая подол платья, — словно не из этой семьи. Такая добрая и спокойная. У вас душа светлая, как утренний рассвет. А у других… — она вздыхала, — у других только и слышишь: «Марта, быстрее! Марта, не так! Марта, ты что, глухая?» — и всё в таком роде.

Я только улыбалась, слушая её. Чувствовала, что Марта человек искренний и не является «засланным казачком». Наши разговоры были для меня отдушиной, моментом покоя среди ненависти и презрения, которыми была пропитана атмосфера дома Мэтисонов.

Но в это утро Марта была необычно тороплива. Она старалась быстро закончить работу, часто поглядывая на дверь, словно боялась, что её могут застать здесь дольше, чем положено.

— Что-то случилось, Марта? — спросила я, заметив её беспокойство.

— Ах, мисс Кейтлин, — прошептала портниха, оглядываясь, — сегодня в доме будут гости. Важная персона, из королевского двора. Госпоже Дугальде и молодым мисс нужно подготовить наряды. Я должна успеть всё сделать, иначе… — она не договорила, однако я поняла, что иначе Марте придётся несладко.

— Кто эти гости? — спросила я лишь для поддержания разговора, без особого интереса.

— Говорят, это сам лорд Хартфорд, — ответила Марта, понизив голос. — Господин Мэтисон уже готовится его встретить.