Книга Несказочная история Кейт Мэтисон, страница 10 – Эва Гринерс

Лаклан, как и обещала, приходила каждую ночь. Она приносила еду — простую, но сытную: лепёшки, сыр, яблоки, иногда кусок холодного мяса.

Лаклан, сидя на краю кровати, шептала, как обычно, последние новости.

— Ешьте, деточка моя, ешьте, — говорила она, — сегодня приезжал посланник от вашего батюшки. Сказал, что он уже в пути и скоро будет здесь. Ох, как я жду его возвращения! Может, тогда всё наконец наладится.

Я кивала, но в душе сомневалась. Как отец отреагирует на всё, что происходит в доме? Поверит ли мне? Да и сможет ли он вообще что-то изменить? Дугальда, казалось, держала всё под своим контролем. Иначе не была бы такой самоуверенной.

— Лаклан, — тихо спросила я однажды, — ты не могла бы подслушать, о чём они говорят? Мачеха и сёстры. Может, ты узнаешь что-то важное. Чем ближе возвращение отца, тем мне становится страшнее — они ведь тоже знают, что времени осталось мало. Наверняка что-то уже придумали.

Старушка вздохнула и покачала головой.

— Пробовала, голубка, но они осторожничают. Шепчутся постоянно где-то в углах, а как только заметят меня — сразу замолкают. Другому никому тоже не доверишь такую просьбу. Но я не сдамся, обязательно что-нибудь узнаю. Вы не тревожьтесь лишний раз.

Я благодарно улыбнулась. Лаклан была моей единственной опорой в этом доме, и я чувствовала, что без неё давно бы сломалась. Слишком уж страшно было лежать здесь и ждать, когда тебя снова попытаются убить. А против троих я была явно не воин: худенькая до прозрачности.

Однажды ночью Лаклан не пришла. Я ждала, прислушиваясь к каждому шороху за дверью, но старушка так и не появилась. Я переживала за неё. А ещё без голоса Лаклан и её поддержки было очень тоскливо.

Утром в комнату вошла служанка, которая обычно приносила мне еду. А потом уносила нетронутые тарелки. В этот раз это была миска овсяной каши и кусок хлеба. Я сделала вид, что ещё сплю, но служанка, прежде чем уйти, дотронулась до моей руки и шепнула:

— Лаклан просила передать, чтобы вы пришли к ней ночью. Она не может выйти из своей каморки, хозяйка заперла её и не выпускает. Ей нужно срочно поговорить с вами.

Сердце моё заколотилось, но я кивнула, стараясь не показать своего волнения. Что-то случилось или Лаклан узнала нечто жизненно важное.

Однако, нужно было сообразить, как добраться до каморки служанки. Я ведь не знала дома и никогда не была в той части, где жила прислуга, не знала даже в какой это стороне.

Весь день провела в тревожном ожидании. Притворяясь, что сплю, обдумывала план. Нужно было дождаться, пока в доме всё утихнет, и тогда попытаться найти Лаклан. Когда наступила ночь, я выглянула и убедилась, что за дверью никого нет. Интересно, что мешало мачехе придушить меня? Впрочем, конечно: пределах комнаты было сложно устроить какой-нибудь несчастный случай так, чтобы не догадался доктор.

Я осторожно встала с кровати, накинула на плечи тёплый платок и босиком выскользнула в коридор. Дом был погружён в темноту. Только слабый свет луны пробивался через узкие щели ставен. Я двигалась медленно, прислушиваясь к каждому звуку. Понимала, что если меня поймают, то последствия будут ужасными. Вспомнился мой последний день в той жизни, когда я умерла после разговора с племянником. Теперь вся эта ситуация не казалась такой уж ужасной — совершенно не из-за чего было нервничать и помирать. Вот уж всё познаётся в сравнении.