Книга Бывшие. Теперь я (не) твоя, страница 77 – Оксана Лебедь

Я выхожу из зала, почти бегу. Коридор узкий, старые стены облупились, краска пахнет сыростью.

На улице воздух режет лёгкие. Я хватаю себя за голову, сжимаю виски — мысли скачут, обрывками: мать всегда вмешивалась, звонила, решала за меня, отцу указывала, кого брать на работу, кого увольнять… тогда, пять лет назад, она первая сказала, что Аня — грязь, что она нас опозорила… тогда же — те странные звонки, её нервозность. А то что она примчалась следом за мной в Москву, словно ставит точку в этом всем. Она боялась что я узнаю правду, что Аня расскажет мне, она ведь не догадывалась что я вноь как дурак буду выгораживать предателя.

— Артём! — Лёха догоняет, хватает за плечо, заставляет остановиться. — Эй, послушай. Не руби с плеча. Надо проверить всё. Возможно, этот Селезнёв просто выгораживается, на неё всё свалил.

— Нет, — выдыхаю я. Голос дрожит. — Нет, Лёха. Он не врёт. Я знаю. Я это вижу.

— Даже если так, — Лёха понижает голос, — давай действовать с умом. Я поищу связи, может, найду хоть какие-то упоминания, переводы, звонки, встречи. Если она действительно участвовала — мы это докажем. Но сейчас тебе нужно остыть, понял?

Я молчу. Гляжу мимо него — на серый фасад театра, на окна, где только что стоял человек, которому мать сломала жизнь, а заодно и мою. И вдруг понимаю — впереди самое трудное. Не найти виновного, а просить прощение перед тем кому не поверил.

Телефон на панели вибрирует, по экрану — «Отец». Сжимаю кулак, сажусь в машину, плюхаюсь на водительское сиденье и тянусь к ключу. Мотор ещё не завёл — и звонок отца вновь рвёт тишину.

Я не хочу отвечать. Но звонок звучит навязчиво. Нажимаю «принять».

— Да? — отвечаю, зажимая телефон так, что пальцы белеют.

— Ты вообще собираешься появляться на работе? — отец даже не пытается скрыть раздражение. — Люди уже языками чешут, что тебе тут особый режим. Как я могу тебе доверить бизнес, если ты относишься так к нему! Ты что хочешь все прохерить, то во что я столько вложил сил? Пора бы уже остепениться! Я в твоем возрасте уже женился, а ты все бегаешь! Ни какой стабильности! Захотел, пришел на работу, не захотел — забил — Я молчу, сейчас семейный бизнес как-то не особо меня интересует, хотя и раньше я был не в восторге, просто принимал свою судьбу. Отец повышает голос: — Артём! Ты меня слышишь? Или ты решил, что тебе можно всё?

— Где мать? — произношу я, сдерживая гнев внутри.

— Что? Я тебе про работу говорю, а ты все под мамину юбку прячешься? Пора бы уже отлипнуть!

— Послушай меня, — я говорю строго, с нажимом. Меня достало что все мне указывают как жить. Говорят, что мне повезло родится с золотой ложкой во рту, вот только у этого всегда была цена… Я никогда не имел права голоса, не имел права выбирать, мне с детства внушали что я должен хотеть. — Я только что узнал, что мать пять лет назад заплатила Селезневу, чтобы он встретился с Аней. Ты знал об этом?

— Что? — отец как-то нервно усмехается. — Ты… Ты серьезно сейчас? Ты… Ты…

Я выдыхаю. Слышу, что отец растерян и на ходу пытается что-то придумать, поэтому решаю додавить на него.

— Ты знал, что мама подставила Аню?

— Хватит нести глупости, — резко выпаливает он. — Какие ещё подставы? Ты, видимо, слишком наслушался каких-то неудачников!

— Это не слухи, — отвечаю уже жёстче. — Это правда. Она заплатила Селезнёву, чтобы он тогда…