Книга Дикая Сторона, страница 134 – Элси Сильвер

У меня слегка отвисает челюсть, и я смотрю на него, слегка опешив от его игривости. Такой я его ещё не видела.

Может, это дерьмо с чакрами реально работает, и я исцелила его магией своей киски.

— Детка, ты в порядке? — спрашивает он с невинным видом, демонстрируя актёрское мастерство, которое он обычно скрывает. — Ты пялишься.

Я фыркаю от смеха и качаю головой, представляя, как отомщу ему за этот образ доктора Джекила и мистера Хайда.

Входит Гвен, и мы начинаем, но я ловлю себя на том, что мой взгляд блуждает. Его руки. Его плечи. То, как его спортивные штаны обтягивают его задницу в позе воина. С таким же успехом он мог бы быть голым, потому что в моей голове я вижу только то, как он трахает меня в этом зеркале. То, как он сгибает ноги и как у него дергается кадык.

По ходу занятия становится ясно, что не только я на него пялюсь. Рис не поднимает головы и сосредоточенно работает, выпуская на волю своего внутреннего спортсмена.

Я сосредоточена, как комар. Я продолжаю наблюдать за тем, как блуждают взгляды окружающих. Женщины здесь — а это почти все — позволяют своим взглядам задерживаться на мне слишком долго. Или то, как одна женщина строит глазки своей подруге, прежде чем незаметно склонить голову в его сторону.

Может быть, это должно вызывать у меня ревность, но я нахожу это... волнующим? Это пробуждает во мне чувство соперничества. Я испытываю тайное удовлетворение от осознания того, что у меня есть то, чего они хотят.

Вроде того. Формально. Чёрт. Я не знаю. Мы с Рисом женаты, но я не знаю, что это значит для нас.

Всё сложно. Мы с Рисом — сложная история.

Но это не мешает мне наброситься на него, как только мы вернёмся домой.

Мы выходим из студии, и разговор между нами практически не завязывается. Мы идём уже как минимум четыре минуты, не обменявшись ни словом. Я бы сказал, что Табита ушла в себя, но я замечаю, как она прикусывает щеку изнутри, а её лицо всё ещё окрашено в тот же розовый цвет, что и перед уроком.

— Это было здорово, — наконец говорит она, явно отчаянно пытаясь заполнить тишину.

Я продолжаю идти и украдкой поглядываю на неё, подбирая нужные слова. Наши отношения перешли от «всё плохо» к… «всё запутанно».

Единственное, в чём я не сомневаюсь, так это в том, что эти обтягивающие леггинсы долго не продержатся, когда мы вернёмся домой.

Я также знаю, что светские беседы — не моя сильная сторона, поэтому бросаю на неё равнодушный взгляд, который выражает всё моё недоумение.

Она фыркает, когда мы сворачиваем к дому, и я прекрасно понимаю, что она имеет в виду.

— Ладно, никаких неловких светских бесед. Поняла. — Она открывает дверь и добавляет: — Тогда давай поговорим о чём-нибудь более интересном.

— Зная тебя, могу сказать, что это должно быть что-то стоящее. — Я говорю, но думаю только о том, что наброшусь на неё, как только закроется дверь.

Я смотрю, как она стягивает сапог с меховой оторочкой, и слышу в её голосе дразнящие нотки, которые я так люблю.

— Знаешь, сколько женщин пялились на тебя? — Она тянется за вторым сапогом, всё ещё держа ключи на пальце. — Тебе не надоело быть таким сексуальным?

Она оборачивается, и я набрасываюсь на неё.

Я стираю эту насмешливую ухмылку с её милого ротика, хватаю её за затылок и прижимаю спиной к двери.