Книга Дикая Сторона, страница 131 – Элси Сильвер

Я не могу не заметить, как меняется её голос, когда она говорит дальше.

— Рис, я думаю… я думаю, тебе нужно прочитать дневники Эрики. Я не чувствую, что могу передать тебе всё это, и думаю, что на этих страницах написано то, что тебе нужно знать.

Я киваю, продолжая гладить её по волосам.

— Для меня это не имеет значения, Тэбби. Её мотивы, её сокровенные мысли. У меня много тёплых воспоминаний об Эрике и… — Я с трудом сглатываю. — Знаешь, я тоже по-своему скорблю по ней. Я часто думаю о ней. Невозможно не думать о ней, когда рядом Майло.

Она опирается на мою грудь, уютно устроившись на мне. Мне хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что я здесь и всё это по-настоящему.

Её большие оленьи глаза встречаются с моими.

— Прости. Я никогда не думала об этом в таком ключе. Знаешь, она с теплотой отзывается о тебе.

Я снова сглатываю.

— Да?

— Да. Но я... мне кажется, что только я узнала то, что нам обоим нужно знать. Это как... если мы не собираемся хранить секреты, нам нужно двигаться дальше, зная одно и то же. Я понимаю, что она выставила меня перед тобой не в лучшем свете, и я...

— Я уже понял, что это неправда. Думаю, я всегда это подсознательно знал.

Табита моргает, и её глаза снова становятся пустыми. И я, чёрт возьми, не могу с этим справиться. Мне не особо хочется читать эти дневники, но ещё меньше мне хочется видеть, как плачет моя жена.

— Я их прочитаю, — уточняю я. — Давай сварим кофе, а потом я их прочитаю.

И мы так и делаем. Мы устраиваемся поудобнее на террасе, и холодный воздух пробирает нас до костей, пока я не включаю обогреватель. Табита устраивается в той же позе — у меня под мышкой, — а я сижу и просматриваю дневники.

Несколько часов мы пьём кофе и сидим близко друг к другу, постоянно соприкасаясь. Я читаю о взлётах и падениях Эрики. С каждой страницей я всё больше чувствую себя зевакой, наблюдающим за крушением поезда, которое вот-вот произойдёт. Но остановить это невозможно. Мне остаётся только сидеть и терпеть.

Ярость охватывает меня, когда я дохожу до того момента, когда Эрика просит меня стать опекуном Майло. Ради моих денег. Чтобы насолить сестре.

Должно быть, я тяжело дышу, потому что Табита обнимает меня, продолжая читать через моё плечо.

— Не забывай обо всех записях, где она говорит, какой ты хороший человек. Не позволяй этой записи всё перечеркнуть. В этой записи она злится, но если убрать это…

Я поворачиваю голову и смотрю на неё сверху вниз. Она грустно улыбается.

— Если убрать это, я всё равно буду считать, что она сделала правильный выбор.

Кивнув, я снова опускаю взгляд на страницу. Я вижу размазанное пятно от чернил, куда вчера вечером упала одна из слезинок Табиты. Я провожу по нему большим пальцем, и в горле у меня встает ком от эмоций, когда я признаюсь:

— Думаю, если бы она сделала другой выбор, мы бы вообще не сидели здесь вместе.

Мне хочется сказать ей спасибо за то, что она подарила мне Табиту.

Энергия между нами... странная. Как будто мы не знаем, как вести себя друг с другом, когда вся эта чушь отброшена в сторону. Это смесь шока, нежности, грусти, неловкости и возбуждения. Всё усугубляется тем, что Рис всегда так погружён в свои мысли, что я не могу понять, о чём он думает. Я знаю только, что он очень погружён в себя.