Книга Я вам что, Пушкин? Том 1, страница 50 – Ричард Рубин

(только не сейчас!)

(ну нахрена⁈)

— Город без названия. Дома без адреса, даже даты никакой… господи, Гарик, ты чего?

Не буду же я признаваться, что меня флэшбеком детской травмы внезапно жмыхнуло.

— Жалко мне тебя, — произнес я печально, заглядывая Монике в глаза, — и девочек. Ну и себя чуть-чуть, на сдачу. Сидим тут, как идиоты, в этой потемкинской кибердеревне. Словно рыбки в аквариуме. Тычемся, тычемся в стекло, а толку ноль. Я ведь понимаю тебя на самом деле. Когда цель вот она, только руку протяни…

— Я не думала, что они себя убьют! — неожиданно громко воскликнула Моника.

Когда официант, шедший мимо с тарелкой супа на подносе, застыл на месте, стало понятно, что акустика в зале неплохая. Все столики поблизости это признание услышали. Соседка, толстая баба с ожерельем на красной шее, покосилась на нас. Моника ахнула и прикрыла рот ладонью. Так, надо бы разрядить обстановку, а то швейцару даже намека хватит, чтоб меня отсюда выставить. И поджопником наградить на прощание.

— Спокойно, мы ставим пьесу в школьном театре. Вот, решили порепетировать чуток, пока ждем наш заказ, — последние слова я нарочито выделил. Пусть поторопятся, собаки сутулые, — не переживайте, пережевывайте тщательно.

Отмазка была так себе, но прокатила. Официант вышел из ступора и понес свой гаспаччо к месту назначения. Толстая дама продолжила рандеву с огромным куском торта. Фух, пронесло.

— А ты неплох, — признала Моника. Она чуть раскраснелась от смущения и выглядела чертовски мило, — ГП в такой ситуации потерялся бы.

— Ну конечно, — хмыкнул я, — я вообще хз, как он мог хоть кому-то понравиться. Абсолютно пустой перс. Саёри, ты всегда будешь мне лучшей подружкой, у-у-у, Юри, ты в своем первом стишке пишешь про призраков… баран тупорылый.

— Знаешь, ты со своими шутками про пьяниц и аналогиями с кино тоже не тянешь на ловеласа.

— Простите, госпожа президент, мы люди простые, консерваториев не кончали. Туда конкурс большой, не каждый поступить может.

В поле зрения наконец появилась официантка с подносом. Широким и тяжелым на вид — на нем уместились тарелка с хипстерским рагу Моники и блюдо с моим стейком. Но Либитина с таким грузом справлялась запросто. И все-таки, где я мог слышать ее имя?

— Простите, — обратился я к официантке, — мы с вами раньше нигде не пересекались?

Либитина поставила передо мной стейк и улыбнулась. Слишком наигранно.

— Вряд ли, господин. Приятного аппетита!

— Вам тоже, — ляпнул я и тут же скривился от досады.

Ну вот, опять. Что со мной, нахер, не так-то?

Либитина, однако, не обратила на это внимания. Или просто решила лишний раз не обижать дурачка. Зато Моника хихикнула.

— Нет, книжка по этикету точно не повредит!

— Сиди давай, жуй свою кроличью еду, — буркнул я, — спасай планету.

— Перестань бубнить, — снова включила она «учительский тон», — тебе не идет. Не похож ты, Гарик, на крутого и таинственного парня.

Я промолчал и принялся многозначительно пилить стейк. Приготовили его, кстати, на высшем уровне. Уж не знаю, виртуальной ли была корова, которая мне на тарелку попала, или нет, но получилось очень достойно. И с прожаркой стопроцентно в яблочко.

На время ужина разговор как-то закис. И это понятно — каждому нужно было поесть и подумать. Мне так уж точно. Если у Моники нет больше доступа к консоли, то это меняет очень многое. Да что там, почти все. Из разряда антагонистов она тогда перемещается к остальным, и это значит…