Книга Архитектор Душ Х, страница 41 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Я сделал небольшую паузу.

— Соответственно, я думаю, что полученная мною сила будет использована во благо мое и благо Империи. Я не планирую создавать секты, поднимать восстания или захватывать власть. Я хочу делать свою работу и жить спокойно.

Какое-то время Император смотрел на меня, не отводя глаз. В кабинете стояла абсолютная тишина.

Наконец, морщинка между его бровями разгладилась.

— Достойный ответ, — произнес он. — Пускай и немного расплывчатый в перспективе. Потому что твое собственное благо, например, может исчисляться в мгновенном обогащении путем банального ограбления банка. А твои силы, как мы сегодня убедились, вполне позволят тебе это провернуть так, что ни одна охрана не поймет, что произошло. Смекаешь?

— Хорошая идея, — искренне усмехнулся я, оценив мрачную иронию монарха. Напряжение в воздухе немного спало. — Как-то впредь даже не задумывался о таком варианте применения талантов. Мой максимум незаконного обогащения пока ограничивался экономией на бензине.

— Бери на вооружение, — в тон мне усмехнулся Император. Глаза его блеснули. — Только предупреди меня заранее, в какой именно банк пойдешь, чтоб мы знали, где тебя ловить и какие сейфы страховать. Договорились?

— Будет сделано, Ваше Императорское Величество.

Он снова улыбнулся, после чего сел в свое рабочее кресло во главе стола и налил себе воды из хрустального графина. Сделав глоток, он отставил стакан, и атмосфера в кабинете вновь стала предельно серьезной и деловой.

— Виктор, твой случай абсолютно уникален, — начал он, переходя к сути. — И уникален он не только мощью, которую ты демонстрируешь. Уникален он потому, что доселе всех, абсолютно всех, кто получал силу подобным способом, то есть через ритуалы, оккультизм, контакт с запретными артефактами, отправляли на урановые рудники. Без исключений. Система не терпит переменных, которые она не может контролировать. Чернокнижие всегда вело к деградации личности и безумию.

— Я знаю, — коротко ответил я. Корней мне достаточно подробно рассказывал о судьбе тех, кто играл с темной магией.

— Знаешь, — кивнул Федор II. — Но ты сидишь здесь. И сидишь по одной причине. Я вижу в тебе потенциал человека, который, несмотря на источник своих сил, обладает хорошими людскими качествами. У тебя есть понимание о чести, достоинстве, в тебе читается нелюбовь ко лжи и огромное внутреннее чувство тяги к справедливости. Это все очень редко в наше время, особенно среди высшей аристократии.

Он прищурился, постукивая указательным пальцем по деревянной столешнице.

— Смущает меня только одно, Виктор. Твоя резкая, я бы даже сказал, феноменальная перемена. Мои аналитики подняли твое досье. Из спившегося, деградирующего, продажного чиновника, который брал взятки за фальшивые справки в провинциальном морге, ты за какие-то меньше, чем полгода превратился в того, кто ты есть сейчас. Ты вошел в то русло, по которому течешь нынче, слишком резко. Как будто в один день проснулся другим человеком.

Мое сердце на мгновение пропустило удар, но внешне я остался абсолютно невозмутим. Он подобрался к моей главной тайне так близко, что я почти чувствовал холодное лезвие у горла. Я не мог сказать ему правду о переселении души. Эта тайна умрет со мной.

— Люди меняются, Ваше Величество, — произнес я философским, чуть глуховатым тоном, имитируя раскаяние. — Иногда для этого нужен сильный толчок. Оказавшись на самом дне, потеряв уважение семьи, потеряв себя в алкоголе и мелкой грязи, я вдруг огляделся. Я понял, что там, на этом дне, нет ничего интересного. Мне там просто не понравилось. Жизнь утекала сквозь пальцы, превращаясь в липкую лужу. Я решил оттолкнуться от этого дна. Теперь стремлюсь только в лучшую сторону.